# Сборник эротических рассказов

Денис Евтушенко

Сборник эротических рассказов для любителей клубнички Все рассказы реальны, взяты с просторов Интернета, и собраны в удобную книгу для чтения.

Горячие, нежные, страстные, и многие другие рассказы Вы найдете в этой книге!

Только для лиц 18+ !!!

## Настёна

Недавно я по делам ездил в Чебоксары, провёл там две недели. По вечерам после деловых встреч выходил в сеть, цеплял девчонок, чтобы встретиться. И вот в один из дней в сети появилась девушка по имени Настя. Ей было тогда 13 лет, но она, судя по фотографии, имела уже довольно сексуальные формы. Сама она была в 7 классе. Итак, Настя: рост 155, вес 40, брюнеточка, довольно округлые бёдра и довольно далеко выпирающие груди, которые так и хотелось потискать с руках, так как они уже имели форму. У неё были длинные густые волосы, почти до пояса…[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]

Нужно отметить, что когда я регистрировался на каком-то сайте знакомств, там мне пришлось заполнить графу «Адрес», «Телефон»… И вот в один из дней Настя прислала мне на мобильник SMS с предложением встречи. Подумав о том, что я зря указал свой телефон, я всё-таки согласился встретиться с ней, так как делать было нечего. Мы договорились встретиться на пляже…

Итак, я приехал на встречу. Когда я поставил машину на стоянку и почти дошёл до условленного места, то увидел, как из придорожных кустов поспешно выбирается мужик в потёртых джинсах и футболке. Лица его я не разглядел, но сразу почувствовал неладное и побежал, по пути набирая номер Насти. На бегу это было очень неудобно, я не сразу попадал пальцем в нужные клавиши: 8919653…Чёрт, дальше-то как?!

В кустах я увидал девушку, рядом с ней пиликал мобильник. Сразу поняв, что это и есть Настя, я застыл в шоке: молоденькая девушка в изнеможении лежала на земле, её платье было разорвано. Рядом тихонько жужжала маленькая видеокамера, которую в спешке забыл убежавший мужик, которого я вспугнул. Я взял камеру в руки: она работала на запись. Нажав «Стоп», я наклонился над девушкой и легонько потрепал её по щекам.

– Эй, ты в порядке? Встать можешь?

Она слабо кивнула. Потом медленно начала подниматься. Я повёл её к машине, достал из салона бутылку воды и дал её, чтобы она смыла с себя грязь. Пока она приводила себя в порядок, я перемотал плёнку и начал смотреть запись. Видно было, что тот мужик шёл за ней с камерой и всё снимал. Извращенец! Вот что я увидел:

…Она шла по направлению к пляжу легкой, пружинящей походкой, не замечая, что за ней пристально наблюдают. Он шел всего в нескольких метрах позади нее, не сводя объектив камеры с мерного колыхания её соблазнительных бедер. Обтягивающее платье едва прикрывало крепкий зад. Под ним угадывалось отсутствие трусиков. Ей нравилось ходить без них: прохладный ветерок задувал под платье и ласкал ее бритые половые губки.

Объектив помотался, оглянулся по сторонам: на дороге к пляжу никого не было. Схватить девчонку и затащить в кусты - дело одной минуты. Он догнал ее сразу, как только она зашла за кусты. Крепко схватил сзади. " - Что Вам надо?" - сдавленно крикнула она. Но он уже зажал ей рот. Вывернув ей руки за спину, он прижал ее животом к дереву, так, что она не могла пошевельнуться. Потом раздвинул ей ноги и втиснулся между ними. Камеру он положил рядом, чтобы в объектив попало все, что он будет с ней делать…

Он почувствовал, как низ его живота прижался к прохладным половинкам ее попки. Она услышала, как вжикнула молния, и тотчас к ее влажной киске прикоснулась горячая головка мощного члена. Он хотел было сразу трахать ее, но мешал подол платья. Тогда он пригрозил избить ее, если она закричит. Она судорожным кивком головы обещала не кричать. Теперь у него появилась свободная рука. Он задрал ей платье, и его взору открылась аппетитная белая сочная попка. Он наблюдал как его багровый член трётся о ее киску. Но такая забава ему быстро надоела. Рывком он развернул ее к себе лицом и, успев заметить испуг в её больших глазах, поставил на колени: " - Подрочи его!"

Она обхватила своей маленькой ладошкой его член. Рука легко скользила по нему; она удивилась, откуда у нее столько смазки. Он насильно открыл ей рот и вставил туда свой член. Она постаралась обхватить его губами, но ей это плохо удавалось, потому что он, обхватив двумя руками ее затылок, стал заталкивать ей член в самое горло. Его движения учащались, она давилась его огромным членом, поэтому старалась оттолкнуть его, но ему так даже больше нравилось. Наконец, ее затошнило, и он ее отпустил.

Не дав ей опомниться, он поставил ее на четвереньки. Ее ягодицы разошлись в разные стороны, и все великолепие ее сочной девичьей попки предстало перед ним. Словно понимая его намерения, её анус конвульсивно сжался, но он уже приставил набухшую головку члена к ее маленькой дырочке и, растянув своими волосатыми лапами её ягодицы в разные стороны, подался вперед. Член погружался в девичье анальное отверстие. Она прерывисто задышала, ей было очень больно, но ему было наплевать. Наконец, член погрузился в ее анус до основания. Там было очень тесно. Он нажал ей на спину, она поняла молчаливый приказ и легла грудью на землю, так что ее анал задрался еще выше, став под очень удобным углом. Помятое платье соскользнуло к плечам, обнажив стройную гибкую спину.

Взяв ее обеими руками за бедра, он начал размашисто трахать ее в анус. Мохнатые тяжелые яйца с легким хлопком били ее бритую плоть. На ее попе выступили капельки пота, но она только тихо вскрикивала от боли. Наконец, он почувствовал, что скоро выстрелит спермой, и с такой силой прижал ее к себе, что ей показалось, что твердый член сейчас порвет ее всю. Она заревела, а он кончал, кончал, кончал в ее зад, кончал так долго, как никогда до этого. Не вынимая члена из ее попки, он лег на нее сверху. Они тяжело дышали: она от боли, он от наслаждения…

Выключив камеру, я стал прикидывать, как быть. Далеко вести девушку в таком виде я не мог. Она была все так же безучастна к моим действиям, даже не пытаясь прикрыть босые ножки и выбритый лобок. Я достал платок и хоть как-то вытер ее лицо от смеси грязи и спермы. - Расслабься, Настя, все позади. Тебя ведь Настей зовут? Девушка с трудом собралась с мыслями. - Да. И после паузы затравленно взглянула на меня. - Что вы собираетесь со мной делать?

Я улыбнулся. - Я Влад! Мы договорились встретиться, помнишь? Не бойся, я тебя не обижу. Тебя бы надо привести в нормальный вид. Отвести тебя домой? - Нет-нет, домой не надо! - испугалась девушка. - Хорошо-хорошо, не паникуй. Поехали ко мне. Не боишься? Настя молчала, опустив голову. - Я не знаю - выдохнула она. - Ну тогда я знаю, поехали. Расслабься и не трусь - теперь все будет хорошо.

Завести девчонку в квартиру тоже оказалось не просто - еще не хватало, чтобы соседи рассказали хозяевам квартиры о моих похождениях. Я вынес Насте платье-халатик, накинув которое она прошмыгнула в подъезд и дождалась меня.

Вот мы и дома. - Так, давай быстро в душ! - скомандовал я девушке. Шлепая босыми ножками, Настя послушно направилась в ванную комнату и в нерешительности остановилась, опасливо глядя на меня. Я зашел вслед за девушкой и закрыл дверь. - Ну, чего стоишь - раздевайся. Девушка замялась в нерешительности. - Ну? - Я… я вас стесняюсь… - пролепетала она чуть слышно и заплакала. Ну что тут скажешь! Все-таки девушки - вечная загадка. После того, что я уже видел… Я невольно улыбнулся, хотя девушке было явно не до смеха. Она стояла прямо передо мной, опустив руки по швам, и беззвучно плакала.

– Да ладно кокетничать, раздевайся уж. Я взял ее за плечи. Настя вздрогнула и заревела в голос, не пытаясь, впрочем, как-либо сопротивляться. Я привлек ее к себе и обнял. - Ну, дырочка, не реви. Все уже позади, теперь тебе будет хорошо. Девушка внезапно охватила меня руками в ответ и продолжила реветь, уткнувшись в мое плечо. Обняв ее рукой за талию, я говорил ей слова утешения и гладил по голове. Наконец, Настя немного успокоилась. - Ну, давай разденемся - сказал я и начал расстегивать пуговицы на ее платье. Настя стала мне помогать и в нерешительности остановилась, когда полы платья распахнулись. Я сам сдвинул ткань с ее плеч и медленно опустил его вдоль тела девушки. - Ты очень красивая - искренне сказал я, любуясь смущенной обнаженной школьницей.

Настя заметно покраснела.

– Залазь в ванну!

Я взял душ, открыл воду и стал мыть девушку, не в силах отказать себе в этом удовольствии. Одному богу известно, какие муки я испытывал, тщетно стараясь подавить свою похоть, управляясь с этим юным, но уже столь желанным телом. Я хотел все сделать сам и лишь отдавал Насте короткие команды. Долго и тщательно я отмывал девичьи прелести. Сколько же удовольствия доставляет скользить намыленной ладонью по упругому телу покорной девочки, бесстыдно елозить по груди и сочной попке! Оказавшись под теплыми струями душа, Настя преобразилась, она совершенно расслабилась и полностью отдалась моей ласке.

Несомненно, эта игра была насквозь эротична. - Повернись… нагнись… расставь ножки… подними руки… встань на колени… - мои команды явно возбуждали нас обоих. С особым удовольствием я нежно вымыл её сочную попку и едва сдержался, скользя ладонью по гладко выбритой и доверчиво раскрытой девичьей промежности. Настя стонала от удовольствия и двигалась попкой навстречу моей руке. Мой член стоял колом, и я боялся не выдержать этой сладкой пытки. Наконец я взял себя в руки, пора было дать девушке отдохнуть. - Ну все, красавица моя, вылезай.

Прекрасная юная девушка стояла передо мной совершенно голая и смущенно улыбалась. Я взял большое банное полотенце и поймал в него Настю. Я обнял девушку, а потом стал вытирать ее тело и любоваться им. Наконец, я повесил полотенце на сушилку и выпрямился. Настя смущенно смотрела на меня. Я достал из шкафчика крем и стал втирать его в нежную распаренную кожу девушки. Мда-а-а - это незабываемое ощущение… Настя покраснела, но послушно поворачивалась и подставляла тело моим рукам.

– Дядя Влад… - Настя впервые решилась обратиться ко мне по имени, но сразу запнулась и опустила голову. - Какой я, к чёрту, дядя! Максимум - старший брат. Ты меня ещё отцом назови!… Может, перейдём на ты? Ну говори, не бойся. - На ты? Ну, вы же вдвое старше меня. А ты… а вы хотите… хотите чтобы я вам… Девушка снова замолчала. - Не морочь себе голову - прервал я ее сомнения. Одевай халат и пойдем со мной.

Дышащая свежестью сквозь усталость девушка сидела на кухне.

– Давай-ка выпей пока горячего сладкого чая и пойдешь отдохнешь. Я видел, что отдых ей сейчас важнее еды. - Уже поздно, тебе когда нужно быть дома?

– Дома меня не ждут, я сейчас должна быть у подруги на даче… Я с ней договорилась…

– Ты хочешь остаться у меня?

– А можно?

– Да, конечно, оставайся. Хорошо, что тебе не надо торопиться - ты успеешь полностью прийти в себя. Пойдем, я уложу тебя спать - это тебе сейчас полезнее всего.

Мы прошли в комнату и я постелил ей на диване. - Ложись здесь. Если вдруг что - я буду в соседней комнате, зови. Я собрался идти, но внезапно девушка окликнула меня. - Дядя Влад! Я остановился. - А вы… а я правда вам нравлюсь? - Нравишься, правда, ты красивая и скромная. - Пожалуйста, не думайте что я шлюха! Настя неожиданно опустилась передо мной на колени. - Я вас очень прошу, ну пожалуйста, не думайте обо мне плохо! - Да я так и не думаю, не переживай. Ну-ка, давай вставай и укладывайся спать. Я поднял девушку под руки и она оказалась в моих объятьях.

Настя была просто очаровательна - как может быть очаровательна только доверчивая и трепетная девушка. Полы завязанного поясом халата слегка разошлись и я вновь увидел прекрасную девичью грудь. Мой член опять рвался на волю. - Дядя Влад… Поцелуйте меня пожалуйста… Настя вновь покраснела. - Нет, Настя, не надо, тебе нужно отдыхать. - Ну пожалуйста! Не брезгуйте мной… Девушка всхлипывала и почти задыхалась.

Я без слов обнял дрожащую девушку и закрыл ее рот поцелуем. Это было упоительно. Мы целовались долго, я развязал пояс ее халата и сбросил халат на пол. Настя стонала и вся отдавалась моим рукам, которые с наслаждением мяли юное тело. Мои джинсы едва не лопнули от напряжения, но я твердо решил, что не должен сейчас пользоваться истерическим по сути состоянием девушки. Я с сожалением оторвался от юного создания. - Все, Настя, на сегодня все. Ложись спать. Я сказал это достаточно строго, чтобы она сразу подчинилась. Обнаженная девушка юркнула под одеяло и спряталась лицом в подушку, переживая произошедшее. - Спокойной ночи.

Я выключил свет и отправился в душ, у меня уже все ныло от непрерывной пытки, которой я подвергался, события минувшего дня буквально выворачивали меня наизнанку. Выйдя из ванной комнаты в одном халате я увидел… Вот чертовка! Настя лежала под одеялом в моей двуспальной кровати. - Дядя Влад, пожалуйста, можно я буду спать с вами! Мне страшно, я боюсь одна… Пожалуйста! Я посмотрел на нее, пытаясь понять, чего больше в этом юном создании - девичьей наивности или женского коварства. Впрочем, быть может это одно и то же. С другой стороны, я вполне верил, что девушке сейчас страшно оставаться одной и ей просто необходимо ощущать рядом человеческое тепло.

Я скинул халат и Настя впилась глазами в мой член. - Ну хорошо, маленькая развратница - засмеялся я, забираясь под одеяло - иди сюда. Взволнованная девушка придвинулась ко мне, я подложил руку ей под голову и она робко обняла меня, словно боясь спугнуть свое счастье. - Только имей ввиду - мы будем спать! Именно спать - засмеялся я и щелкнул ее по носу. Настя улыбнулась, крепче обняла меня, прижавшись всем телом и потершись нежной щечкой. Не прошло и десяти минут как она сладко посапывала на моей груди. О, боже, может я извращенец - мысленно издевался я над самим собой - нет, ну надо же лежать голым рядом с юной обнаженной красоткой и даже не попытаться ее трахнуть. Эээ-х, тяжела мужская доля. Надо спать, черт возьми, а то я за себя не ручаюсь - усмехнулся я и закрыл глаза.

Ранним утром я проснулся от прикосновений, открыл глаза и приподнялся на локте. Поистине царское пробуждение - на моей кровати сидела на коленях обнаженная девушка нежно посасывала мой член. Я засмеялся. - Ты что делаешь, хулиганка - щекотно же! - Простите… Настя смущенно опустила голову. - Простите, я просто… Я не знаю как вас отблагодарить… Я наверное не смогу отдать вам деньги, у меня их нет. Я… я могу отработать… Ну там, служанкой… Или вы можете сделать со мной что хотите… Я буду во всем вас слушаться, я очень старательная…

– Так, понятно… Значит так, давай я тебе объясню, чтобы больше к этому вопросу не возвращаться. Ты мне ничего не должна и покупать тебя за деньги я не собираюсь. Ты ведь не проститутка? - Нет, нет! Я… - Ну вот и правильно, забудь об этом. Служанка мне тоже ни к чему. Настя молчала и я пытался угадать, о чем она думает. Девушка подняла на меня лицо и я увидел на нем слезы. - Значит, я вам совсем не нужна? Вы… Я… Можно я немного побуду с вами? Я не буду вам мешать, пожалуйста, разрешите! Девушка дрожала и умоляюще смотрела на меня.

Мое кокетство утомило уже и меня самого. Избавив Настю от обязательств, я вовсе не желал избавиться от нее самой. Конечно я хотел, чтобы она осталась. Черт возьми, да я просто хотел эту девочку! Да и ей, похоже, движет отнюдь не только чувство благодарности. В конце концов - сейчас моя холодность ранит ее сильнее, чем домогательства. Я откинул одеяло.- Ладно, иди ко мне… Настя буквально бросилась ко мне в объятья, и мы слились в поцелуе. Девушка была столь податлива моим рукам, страстно мнущим ее горячее обнаженное тело, словно стремилась потерять свою форму и раствориться во мне.

Я оторвался от девушки и уложил ее на спину, вытянув ее руки над головой. - Закрой глаза и не открывай их пока я не разрешу! - скомандовал я и Настя безропотно подчинилась. Я залюбовался своей юной наложницей. Утром она казалась еще очаровательнее. Я послюнявил палец и дотронулся до соска ее груди. Настя резко вздрогнула словно от удара током, ее тело покрылось мурашками. Я нежно мял ладонью упругие девичьи груди, а второй рукой гладил ее тело. Девушка лежала, боясь пошевелиться, лишь тихонько стонала и поскуливала. Я остро захотел вновь коснуться восставшим членом ее тела.

Я встал на колени над распростертой на простыне девушкой, сжав ее бедрами. Маша тихонько и эротично ахнула. Я стал посасывать и лизать грудь девушки, одновременно легко массируя член и яйца о ее животик. Настя не выдержала и стала нежно извиваться подо мной. Ее стоны становились все громче. Я прилег на нее и закрыл ей рот поцелуем. Девушка трепетно ответила мне и ее мягкие податливые губки сомкнулись с моими. Я вновь поднялся, подвинулся вперед и стал теребить головкой члена ее соски, а потом стал тереться членом и яйцами о скользкую от моей слюны грудь. Настя извивалась подо мной, сопровождая эту сладкую пытку стонами и судорожно открывая прелестный желанный ротик.

Я поднялся еще выше и сам не смог сдержать стон, когда головка члена вошла в девичий ротик и Настя заботливо охватила его влажными губками. Я немного приподнял голову девушки и стал нежно толкать член ей в рот. Это было упоительное ощущение, что может сравниться с этой смесью невинности и чувственности, нежности и беззащитности! Но я не планировал закончить все так быстро. Я выскользнул из прекрасного ротика и переместился к ее ногам. - Согни ножки в коленях и раздвинь! - мне нравилось командовать девочкой-наложницей, меня заводила ее полная покорность моей воле. Ни секунды не сомневаясь, девушка полностью раскрылась передо мной. Она вся текла.

Одной рукой я массировал ее лобок, а другой гладил бедра. Настя была настолько возбуждена, что похоже даже, не думала об опасности, которой подвергает свою девственность. Она подавалась мне навстречу и стонала в голос.

Я медленно раздвинул пальчиком мокрые и скользкие половые губы и поиграл с нежной девичьей дырочкой, неглубоко забираясь в нее. Дыхание девушки сбилось, она судорожно хватала ртом воздух и сжимала в ладонях скомканную простыню.

Я приник губами к ее киске и стал активно проникать в нее языком, вылизывать щель, посасывать клитор, щекотать попку и вновь трахать девушку язычком. Настя не продержалась и минуты, как ее скрутил мощнейший оргазм. Девушка с такой силой билась в конвульсиях, кричала, мотала головой, что я даже немного испугался. Я лег рядом с Настей и крепко обнял ее. Она судорожно схватила меня и вжалась всем телом. Я крепко держал девушку, гладя ее по голове и прижимая к себе за попку. Девушка содрогалась, плакала и всхлипывала от непрекращающегося наслаждения. Постепенно она стихла, продолжая лишь крепко за меня держаться и беззвучно плакать на моей груди.

Внезапно Настя подняла голову и умоляюще посмотрела на меня влюбленными заплаканными глазами. - Дядя Влад, пожалуйста, разрешите мне пососать член, пожалуйста! На сей раз ей не нужно было меня упрашивать, я сам подтолкнул ее голову вниз. Девушка села на колени между моих ног и осторожно взяла мой член в ротик. Никогда еще мне не отсасывали столь нежно и заботливо! С возрастом начинаешь больше ценить решительный секс без лишних сантиментов, но робость неопытной девушки - это всегда восхитительно. Мой член был в восторге от ее нежной ладошки и теплого ротика.

Чувствовалось, что девушка не имела опыта - она толком не знала, что делать, но очень старалась. Я помог ей настроить нужный ритм, руководя действиями ее руки и головы, положил её вторую ладошку девушки на свои яйца, и она стала их поглаживать. Я был на седьмом небе от блаженства. Настя попробовала взять мой член глубже - и это было уже выше моих сил. Я почувствовал нарастание волны в яйцах, сжал девушку бедрами, схватил двумя руками ее голову и стал бурно спускать в девичий ротик. Настя замычала и сжала губки еще плотнее - она словно боялась проронить хоть каплю моей спермы. Я уже обмяк, а заботливая девушка все еще тщательно вылизывала мой член и яйца.

Я потянул ее к себе и мы снова улеглись на кровати в обнимку. - Нам надо еще поспать - сказал я с усталой улыбкой, целуя девушку и пряча под одеяло наши тела.

Я вновь проснулся от прикосновений - Настя гладила и целовала мой член. Мой член, очарованный ласками девушки, поднялся раньше хозяина и настоятельно требовал к себе внимания. - Вот что, красавица - сказал я, чувствуя нарастающее возбуждение - пойдем-ка в ванну вместе, теперь твоя очередь меня мыть! Настя просияла от радости и мы в обнимку отправились в ванную комнату.

В ванной я всем телом прижал девушку к двери, страстно целуя ее в губы и всласть лапая беззащитное девичье тело. Настя отвечала мне полной покорностью и чувственными стонами. - На колени! - приказал я, все более возбуждаясь от ее доступности. Девушка безропотно опустилась передо мной на колени и доверчиво посмотрела мне в глаза. - Соси член! Настя осторожно взялась ладошкой за мой вздыбленный член и не мешкая направила его себе в ротик. Я стоял перед ней, слегка расставив ноги и уперев руки в бока. Девушка старалась показать все, что умеет - она сочно сосала и дрочила член руками, ласкала ладошкой, с хлюпаньем лизала яйца, старалась заглотить член поглубже, держась ладонями за мои ягодицы.

Я решил еще немного повысить квалификацию юной членососки. - Поплюй-ка себе в ладонь, чтобы создать приятную для члена скользкую смазку. Молодец, хорошо… А теперь делай рукой не только движения вперед-назад, но и слегка покручивай ладонь. Да, вот так, очень хорошо! Настя была способной ученицей, а уж ее старательность вообще была выше всяких похвал - она целиком отдавалась стремлению доставить мне максимум наслаждения. Слюна капала на грудь моей юной любовницы и стекала дальше - на животик и в промежность.

Это зрелище так меня возбудило, что я чуть не кончил и едва успел оттащить Настю за волосы. Открытый ротик с высунутым язычком замер напротив моего члена - послушная ученица готова была в любой момент продолжить ублажать своего учителя. Я пошлепал членом по ее лицу и приказал залезать в ванну. Настя залезла и вновь привычно опустилась на колени.

Я еще немного поиграл членом с ее губками, [Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]а потом поднял на ноги. - Теперь ты будешь меня мыть. Включив душ, я объяснил девушке, как это нужно делать - она должна намылить не только меня, но и себя, после чего ублажать меня ласками. Скользкое, восхитительно упругое девичье тело сплеталось с моим в самых замысловатых позах.

Это было классно и игра заводила нас обоих. Особенно приятно елозить членом между скользкими ягодицами девушки, прижимаясь к ее спине и страстно тиская девичью грудь под аккомпанемент ее возбужденных стонов. Я забрал у Насти душ и вновь поставил ее на колени. Поиграл с ее аппетитными грудями, прижимаясь к ним членом и яйцами, а потом сполоснул член и сам засунул девушке в рот. - Я хочу вымыть тебе голову - сказал я. Чертовски приятно перебирать руками намыленные волосы послушной школьницы, преданно сосущей твой член.

– Теперь вставай. Обопрись спиной на стену и поставь ножку вот сюда - я хочу видеть, как ты ласкаешь себя! Настя положила ладошку на промежность и, поначалу смущаясь, начала гладить свою киску. Вскоре, однако, она уже не думала о церемониях - ее рука скользила все быстрее. Девушка дрожала, извивалась и повизгивала от нарастающего наслаждения, направляя на свою киску струю душа, который я сунул ей между ног. Я скользил ладонью по ее намыленной груди и бедрам. Наконец девушка коротко вскрикнула, громко застонала, замотала головой из стороны в сторону и схватив себя за промежность обеими руками стала оседать на дно ванны.

В диком возбуждении я схватил Настю за голову, сунул член в ее покорно открытый ротик и сразу же стал выстреливать резкими струями спермы в рот ничего не соображающей от подмявшего ее оргазма девушки.

Восхитительно уставшие, мы вылезли из ванной и снова завалились в кровать, забыв обо всем на свете, целуясь и обнимаясь как молодые любовники. Не хотелось даже тратить время на еду, я лишь притащил с кухни корзину фруктов. Только сейчас, утолив непреодолимую жажду близости, мы смогли наконец обстоятельно поговорить.

Болтая, девушка нежно сжимала в ладошке мой член, а я ласкал пальцами ее влажную киску. Из рассказа Насти я понял, что не зря ее называли скромницей - с трудом верилось, что эта девушка ни разу не занималась "этим" раньше. Весь ее прежний сексуальный опыт ограничивался робкими поцелуями с одним мальчиком, который год назад переехал в другой город. Впрочем, это касалось лишь реального опыта, а ведь есть еще и фантазии… В этом смысле сексуальная жизнь Насти была очень насыщенной. Рано открыв для себя прелести мастурбации, девочка занималась ей почти каждый день.

Самым символичным было то, что ее любимыми были фантазии с насилием и унижением. Настя представляла себя и связанной жертвой маньяка, и невольницей на пиратском судне, и провинившейся школьницей со спущенными трусиками, и бесправной служанкой у богатых господ. Сначала девушка очень стеснялась в этом признаться, боясь, что я сочту ее извращенкой. Но узнав, что большинство известных мне женщин тоже любят такие фантазии, она набралась смелости спросить, нравится ли мне самому играть в "господина и рабыню". - Да, нравится, даже очень. Я не терплю садизма, а вот сексуальное подчинение меня очень заводит - честно признался я. - Ты разве не заметила, как вырос мой член от твоего рассказа - усмехнулся я и Настя одернула руку. - Эээ, нет, так не пойдет - бери-ка его обратно в ладошку! - шутливо возмутился я.

– А я еще очень люблю представлять себя наложницей в гареме у султана. Он меня почти не наказывает, потому что я послушная, но часто унижает и заставляет выполнять все свои прихоти. Я чувствовал, как Настю вновь накрывает волна возбуждения. Она прерывисто дышала и двигала бедрами навстречу моей руке, ласкающей ее киску. - Да ты просто соблазнительница! - улыбнулся я. - А у меня для тебя есть сюрприз! Я вылез из кровати, покопался в шкафу и выудил оттуда прозрачный "наряд восточной наложницы", который я специально купил в секс-шопе. Затем я подошел к музыкальному центру и нашел диск с эротичной восточной музыкой.

Довершая сказочную картину, я задернул плотные шторы и зажег свечи. Настя смотрела на меня с восторженным любопытством, буквально открыв рот от удивления. - Моя маленькая рабыня. Твой повелитель хочет тебя! - сказал я торжественным голосом, протянул ей невесомые одежды и улыбнулся. - Наряжайся!

Когда я вновь вошел в комнату, Настя стояла на ковре на коленях, подняв руки за голову и опустив лицо вниз. Ей необычайно шел восточный наряд - прозрачные шаровары голубым дымом окружали ее ножки и подчеркивали прелесть девичьих бедер, узкие шелковые трусики манили взгляд, грудь девушки, едва прикрытая прозрачной тканью, взволнованно поднималась и опускалась, а лицо невольницы прикрывала полупрозрачная вуаль, оставлявшая открытыми только целомудренно потупленные глаза.

Музыка словно раскачивала девушку и она монотонно изгибалась в такт мелодии.

Я царственно сел в кресло и раскинул ноги. Достав член, я молча наблюдал за своей секс-рабыней. - Ко мне, рабыня! - скомандовал я и Настя вздрогнула от неожиданности. Не пытаясь подняться, она на коленях подползла к креслу и остановилась у моих ног. - Мой повелитель… Я протянул руку, провел ладонью по щеке и за подбородок поднял ее лицо вверх. Потом приподнял край вуали. - Твои губы должны быть всегда разомкнуты, рабыня! Для чего? - Чтобы быть готовыми принять ваш член в ротик, мой господин… Она отлично понимала правила игры. Я просунул два пальца девушке в рот.

Настя старательно обсасывала мои пальцы, а я с наслаждением массировал свой член, растягивая удовольствие. - Опусти руки и соси! - приказал я, и покорная девушка взяла член в свой нежный ротик. Член приподнял вуаль и скрылся за ее голубой пеленой.

Я отдался наслаждению, не мешая Насте и не торопя события. Девушка старательно работала, мерно качая головой, сочно чмокая губами и лаская мои яйца ладошками. Наконец я отодвинул ее голову и развязал завязки вуали, открыв лицо своей послушной наложницы. - Высунь язык! Я пошлепал членом по лицу девушки, по ее мокрому язычку, по сочным губкам. - Лижи яйца! Настя с собачьей покорностью и старательностью стала вылизывать мне промежность.

Я наслаждался ласками рабыни, потом взял ее за волосы и вновь насадил ротиком на член. - Убери руки за спину! Теперь я сам задавал темп и глубину проникновения. Я сношал рабыню в рот заметно строже, чем раньше, давая почувствовать свою власть над ней.

– Встань, маленькая сучка! - оттолкнул я голову Насти. Я стал осматривать и ощупывать тело девушки - тело рабыни, принадлежащее мне без остатка. - Приспусти штанишки до колена. Руки за голову! Настя беспрекословно исполняла все команды, ее лицо в неровном свете свечей играло взволнованными бликами. Я решительно засунул ладонь между бедер девушки и плотно взял ее за промежность.

Настя вскрикнула, ее щель была совершенно мокрая, насквозь мокрыми были и покорно приспущенные трусики. Я просунул палец в её киску и стал трахать им беспомощную постанывающую рабыню.

– Танцуй! Настя стала извиваться всем телом, закрыв глаза, постанывая и ловя ритм моей руки. Дрожа от стыда и возбуждения она садилась на мой палец, и ввинчивала его в себя крутя бедрами. Я вытащил ладонь, спустил вниз прозрачные штанишки наложницы и снял их совсем. - Ты вся течешь, как похотливая сучка. Тебе нравится служить своему господину?

– Да, мой повелитель, я мечтаю принадлежать вам!

– А теперь встань и танцуй, покажи мне свою попку! Настя стала чувственно изгибаться, поворачиваясь ко мне попкой. Я с наслаждением мял восхитительные ягодицы рабыни и звонко шлепал по ним ладонью. Они притягивали меня как магнит, и я понял, что не могу больше сдерживаться. Я встал, схватил Настю за волосы и заставил ее опереться на кресло, расставив ноги и покорно выставив беззащитную попку. Дрожа от возбуждения, я поиграл пальцами в ее хлюпающей киске, а потом размазал скользкую смазку по девичьей попке и стал массировать дырочку ануса. Девушка застонала и стала подмахивать мне бедрами.

– Унизьте меня, мой господин! Трахните свою бесправную рабыню в зад! - внезапно воскликнула она. Я буквально зарычал, сильно ударил девушку ладонью по ягодице и протаранил членом ее беззащитную попку. Настя закричала, и практически сразу же у нее начался оргазм. Я не останавливался, крепко схватив рабыню за бедра и победно насилуя ее в попку. Девушка продолжала кричать, извиваясь всем телом и сжимая бедра. Ее ноги дрожали и сгибались в коленях, голова металась, а попка продолжала насаживаться на яростно выплескивавший сперму огромный и толстый мощный член. В конце концов она не удержалась на ногах и упала грудью на спинку кресла, подмятая тяжестью моего тела.

Даже соскользнув с члена, Настя продолжала стонать и сотрясаться судорогами захлестнувшего ее оргазма. Я поднял ее на руки, перенес на кровать и укрыл одеялом. Потом погасил свечи и позволил солнечному свету вновь ворваться в комнату. Оставил лишь музыку, все так же омывающую все вокруг томными волнами.

Я сходил умыться и прийти в себя после этого восхитительного безумства. Вернувшись, я неожиданно обнаружил девушку робко стоящей посреди комнаты. В руках она почему-то держала ремень из моих брюк. - С тобой все в порядке? - спросил я, видя в ее взгляде какое-то непонятное волнение.

Настя подошла ко мне и опустилась на колени, пряча глаза от моего взгляда. - Мой господин, разрешите недостойной рабыне просить вас о милости… - Говори, рабыня - улыбнулся я, но девушка, как оказалось, вовсе не играла. - Мой повелитель… Я прошу… прошу чтобы вы сделали меня женщиной! - выдохнула Настя. Это было неожиданно. Я молча смотрел на девушку, обдумывая происходящее.

– Я понимаю, что недостойна вашей милости… Я чувствую себя такой грязной… такой развратной… Настя заплакала. - Мне кажется, что вы никогда не простите моего падения…

Помогите мне искупить свою вину! Пожалуйста, накажите меня строго… а потом простите… только вы можете меня простить! - Настя протянула мне ремень и посмотрела с такой надеждой, словно ждала какого-то чуда. Я по-новому взглянул в ее мокрые от слез глаза. Эта девочка не только эротична, она умеет чувствовать по-настоящему.

Я присел на корточки перед Настей и положил ей руки на плечи. - Ты хорошо понимаешь, чего просишь? Ты ведь не сможешь ничего вернуть обратно… - Я знаю, но я хочу… я прошу, чтобы это сделали именно вы. Я думаю об этом все время. Я немного боюсь этого, а вы… вы самый лучший… Я прошу вас, мой повелитель!

Я вовсе не считал девственность столь уж важной в наше время. Я понимал, что отсутствие сексуального опыта с большей вероятностью приведет к сложностям в жизни и необдуманным поступкам, чем потеря невинности. Но я все еще продолжал сомневаться. - Ты действительно понимаешь, что я не гожусь тебе в спутники жизни, что я лишь твой друг? Что ты должна будешь со временем принадлежать другому мужчине?

– Я не знаю… я наверное всегда буду помнить вас, разве можно все это забыть… У меня, конечно, будет совсем другая жизнь, я ведь и сама хочу этого. Но мне еще хочется… хочется оставить в душе такой уголок, куда я всегда смогу убежать, когда мне будет страшно или одиноко. Даже если рядом не будет вас, вы… вы будете как бы моим ангелом-хранителем… Она замолчала и опустила голову.

Я тоже молчал, в такой ситуации слова уже не могут описать того, что чувствуешь…

Я поднялся на ноги. - Хорошо, пусть будет так. Но не сейчас. Ты не просто станешь женщиной, ты родишься заново - в новом, светлом мире… Я сделал паузу, а потом улыбнулся, сбросил пафосный тон и встряхнул девушку за плечи. - Но это будет лишь вечером, а сейчас мы поедем веселиться! Я забрал у Насти из рук ремень и отбросил его в угол. - Тебе еще нужно купить новую одежду и наряд для вечернего таинства. Забудь обо всем, проветри голову от мыслей, они тебе сегодня не нужны. Твоя судьба уже предрешена, и ты можешь просто отдаться потоку событий. Мы проведем этот день вместе и ты будешь улыбаться, я обещаю…

Мысленно я уже видел эту девушку - обнаженную, в черных чулках и туфлях на высоком каблуке, в дрожащем зареве свечей, стонущую и кричащую, вздрагивающую от ударов по ягодицам, от мощных толчков члена, теряющую реальность от возбуждения и стыда, страха и боли, стакана вина и музыки, вырывающей душу. И ее же в моих объятьях - но уже женщину - заплаканную, счастливую, простившую саму себя и расправившую крылья…

## Nymphet

Это была девчонка лет четырнадцати, совсем еще зелененькая. Настенька из соседнего дома. Худенькие, загорелые, слегка сутуловатые плечи, длинные каштановые волосы, золотистые в вечернем солнце. Я любовался ей с балкона уже около получаса. Зрелище, прямо скажем, волнующее. Девчонка играла с соседскими пацанами в футбол. Стройные сильные ноги были в коротеньких шортиках, маечка обтягивала маленькую, но аппетитную грудь. Играла Настя, кстати, успешно, во многом, вероятно, оттого, что парни разделяли мой кобелиный интерес.

Я ее хотел. Прямо-таки под ложечкой засосало. Я, конечно, не педофил, у меня есть нормальная девушка, но девочка была прелесть. Совсем ребенок, но такая секси…

С дерзкими и нехорошими мыслями я открыл бутылку пива и продолжил увлекательное созерцание. «За сколько ты будешь моя, красавица? Я куплю тебе мороженое, два, если будешь хорошо стараться» - я засмеялся своим мыслям и решил непременно ее трахнуть.

Настенька мне давно нравилась, можно сказать, положил на нее глаз. Очень хотелось положить еще и руки.

Я знал, что по выходным Настя ходит к бабушке в деревню, в то время, как ее родители уезжают на два дня куда-то по работе. У моего другана там дача неподалеку. Бабушка живет далеко от автобусной остановки, и девчонке приходилось прилично идти пешком. Достаточно далеко по дороге, а машины у них не было. А у меня были на нее планы, очень очень нехорошие.

В субботу я был у друга на даче. Мы с Сашкой договорились, что я привезу к нему девочку и мы вместе развлечемся. Ему понравилась моя идея с Настенькой.

Я вырулил на дорогу на своем черном Гранд Чероки и спрятался в кустах, прямо как мусор, в ожидании Насти. Было свежее летнее утро, прохладное и немного ветреное. Я расслабился и стал вглядываться вдаль - на тропинку у обочины. Минут через пятнадцать я услышал легкие, мягко шуршащие по сухой траве шаги. Я сразу понял, что это была моя девочка. А вот и она - в коротенькой джинсовой юбочке и светлой футболке. Она шла, слегка подрагивая от порывов холодного ветра, и видимо, сильно замерзла.

Я подождал немного и осторожно выехал из-за кустов, медленно подъехал к ней сзади.

Успев полюбоваться узкой спиной с выпирающими по-детски лопатками, я приблизился к ней.

– Привет, Настенька, - я улыбнулся ей, опустив тонированное стекло.

Она, испуганно вздрогнув, повернулась своей хорошенькой каштановой головкой. Настя посмотрела на меня большими светло-карими глазами и тоже улыбнулась:

– Здравствуйте, Игорь Михайлович,- весело сказала Настенька.

Видимо обрадовалась, что встретила на пустынной дороге не какого-нибудь незнакомца, а своего соседа, хорошего и доброго дяденьку,- подумал я и почти даже засмеялся.

– А ты к бабушке, Настюш? - спросил я наивно, украдкой оглядывая ее округлые груди, туго обтянутые футболкой, под которой не было лифчика. Руки девочки покрылись гусиной кожей, ей было холодно.

– Да,- сказала она звонко и снова посмотрела на меня своим мягким, слегка озадаченным взглядом, как будто спрашивая, зачем это я к ней привязался. «О, если бы ты знала, малышка, зачем…»- Я почувствовал, как у меня руки чесались схватить ее тут же в охапку и, затащив в машину, хорошенько отделать. А, впрочем, ей, видимо нравилось со мной болтать.

– Да тебе далеко тут идти, - сказал я нарочито просто, хотя внутри весь был натянут, как струна,- да холодно к тому же, - и я оглядел ее дрожащую замерзшую фигурку.

– Забирайся, подвезу, - махнул я ей рукой и открыл дверь на соседнее сидение.

Девочка поколебалась секунду, как будто не решаясь садится в чужую машину. Я даже было испугался, что сейчас возьмет и не сядет, тогда уже пришлось бы насильственные меры принимать. Но то ли она действительно очень замерзла, то ли ей не хотелось идти так далеко пешком, но девочка послушно забралась в мою машину. Я ведь был сосед, знакомый хороший дяденька.

Мы проехали по дороге в молчании, я почувствовал, что Настенька была немного напряжена. Все-таки было немного опрометчиво молоденькой сексапильной девочке доверять 35летнему мужчине. Ай-ай как опрометчиво. Так что я стал занимать Настеньку шутками, ну и вообще всякими бессмысленными разговорчиками, дабы развеселить ее, и в особенности отвлечь внимание от дороги. Но это, конечно, была провальная затея.

Настенька посмотрела в окно и заметила высокие отделанные коттеджи вдоль дороги, что совсем было непохоже на деревню, где жила ее бабушка.

– Игорь Михайлович, - сказала она, - мы не по той дороге едем. Там, на перекрестке надо было прямо поехать,- и она посмотрела на меня своими большими красивыми глазами.

– Как не по той?- сказал я, даже не пытаясь выкрутится и увеличив скорость. Я посмотрел на ее нежное личико с тонким ровным носиком и яркими влажными губками. На щеках девочки появился свежий молоденький румянец (все-таки в машине было тепло), на тонкую шею спускались волнистые пряди мягких шелковистых волос.

Я лукаво ей подмигнул и отвернулся. Оставалось еще немного, проехать только через лес, и девочка наша.

Настя заметила, что я увеличил скорость и вздрогнула.

–Игорь Михайлович… - сказала она уже испуганно.

–Ммм, - отозвался я, чувствуя чрезвычайное удовольствие.

– Мы правда не по той дороге едем, - ее голос прозвучал серьезно и как-то настойчиво.

Я посмотрел на нее и теперь уже засмеялся.

– По той, по той, Настенька, - сказал я, - не бойся, приедем куда надо.

Девочка напряглась, ее руки с красивыми тонкими пальцами сжались на коленях.

Она резко обернулась ко мне.

– Остановите машину, - тихо сказала Настя, ее побледневшие губы дрожали.

Я опять засмеялся.

– Ну что ты, Настенька, неужели меня испугалась? - Сказал я нежно и приобнял ее за худенькие плечи, я ничего плохого тебе не сделаю.

Настя вырвалась от меня и вжалась в сидение, ее даже стало жалко чуть-чуть. Наверное еще совсем девочка, - подумал я. От этой мысли я чуть было не кончил. Маленькая невинная девочка… Просто конфетка.

– Остановите машину, - тупо повторила Настя, чуть не плача.

Но я не слушал ее. Вот такой я на самом деле плохой дяденька. Впредь не доверяй, Настенька, незнакомым мужчинам. Скоро я преподам тебе настоящий урок, надолго запомнишь.

– А вот и приехали, - сказал я весело и даже как-то торжественно, как будто ожидая от нее восклицаний радости, типа «ой, ну наконец-то, как здорово![Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]». По крайней мере во мне все кричало и прыгало от предвкушения.

Я глянул на девочку. Она сжалась в сиденье, в глазах стояли слезы. Я вышел из машины. «Ничего, это в первый раз. Потом еще понравится, сама будет просить. Все они шлюхи, и малолетки в том числе».

Я подошел с другой стороны и открыл ей дверь.

–Выходи, - скомандовал я.

Девчонка не шевелилась, я начинал злиться. «Подумаешь, потрахаем. Не убивать же будем. Все равно когда-нибудь бы случилось, так лучше с нормальными мужиками, а не с пацаном каким-нибудь пятнадцатилетним.»

– Ты же еще недавно хотела отсюда выйти, - сказал я жестко, - так давай, вперед!

Она все так же не двигалась. «Да что с ней, оглохла что ли?»

– Ты слышишь меня?- я нагнулся над ней.

Я резко схватил ее за руку, - Пошла!

Настенька сдавленно вскрикнула. Я сильно сдавил ее руку и дернул на себя. Вышла, как миленькая. Я притянул девочку к себе и вынул из кармана раскладной нож. Ее глаза испуганно округлились, она хотела кричать.

– Чтоб не звука, поняла?- пригрозил я ей ножом.

– Поняла?- я встряхнул ее ослабевшее тело. Прямо-таки почувствовал, как дрожали колени девочки. Меня это ужасно заводило, - Поняла, я спрашиваю?!

Настенька кивнула и заплакала.

– Умница, - похвалил я девочку и повел в дом. Она даже почти не сопротивлялась, я держал ее крепко и больно.

Я открыл дверь своим ключом и втолкнул ее в прихожую. «Вот так, солнышко, теперь ты моя». И я запер дверь.

– Пожалуйста,- прошептала она мне в спину, - пожалуйста, отпустите меня…

Настенька осеклась, когда я повернулся к ней.

Я плотоядно ухмыльнулся.

– Поздно пить боржоми, малышка, - сказал я и резко прижал ее к стенке.

Девочка задохнулась и задрожала. Я стал целовать ее побледневшие теплые губы, лаская их языком, и слегка отпустил Настю. Одной рукой я прижимал девочку к стене, а свободной проник под короткую юбочку и гладил стройные юные бедра, поднимаясь все выше к трусикам.

Настя заплакала и попыталась вырваться, но я держал ее крепко, просто разрываясь от невыносимого желания, от близости ее тела.

Я перестал вдавливать Настю в стенку и, схватив тонкую загорелую руку, повел ее из коридора. Навстречу мне вышел Сашка, весело улыбаясь и оглядывая нашу конфетку.

– Здорово, Игореха! Да ты с гостинцем!

Сашка был здоровый бугай с кулачищами размером с голову Настеньки. Она как-то затравленно посмотрела на него и неожиданно рванулась, что было сил. Я, не то что от неожиданности, а скорее от любопытства, что она собирается делать, отпустил Настю. Девочка подбежала к двери и рванула ручку. Запертая дверь, конечно, не поддалась. Мы с Сашкой засмеялись. Девочка стала кричать и барабанить кулаками по двери.

Я поглядел на друга и сказал:

– Иди разбирайся, теперь твоя очередь.

Сашка подошел к Настеньке, сгреб ее в охапку и понес в свою спальню. Девочка рыдала и вырывалась из его могучих рук. Ее маленькие кулачки били по его спине. Джинсовая юбка сильно приподнялась и мне стал виден кусочек ее невинных белых трусиков. От этого зрелища я просто потерял голову. «Ничего, детка, скоро сделаем из тебя покорную шлюху».

Сашка принес Настеньку в спальню и кинул ее на кровать. Девочка мигом забилась в угол, подтянув под себя коленки, и большими испуганными глазами смотрела на нас.

– Дай воды, Саш, - сказал я другу.

– Тебе зачем? - удивился тот.

Я достал из кармана пачку таблеток и ответил:

– Пусть выпьет, не хотелось бы, чтоб она залетела. Нам ее еще родителям возвращать.

Сашка вышел и через минуту вернулся со стаканом воды в руке. Я взял стакан и подошел к Настеньке. Девочка всхлипнула и прижалась к стенке.

Я протянул ей таблетку.

–На, выпей,- сказал я.

Она дернула головой.

– Дура! - прикрикнул я на нее, - хочешь забеременеть?

Настя опять заплакала, но таблетку взяла. Она судорожно проглотила ее, и я дал ей стакан. Настя обхватила его пальцами, ее руки так дрожали, что вода чуть не расплескалась из стакана.

Я повернулся к Сашке и сказал:

– Пошли, выпьем пока. А она пусть посидит часок, подумает.

Сашка засмеялся и мы вышли из комнаты.

Минут через пятьдесят мы снова вернулись к нашей красавице. Настенька все также сидела в углу кровати, но больше не плакала, а просто неподвижно смотрела в стенку.

«Видимо, смирилась со своей участью» - подумал я, - «да, малышка, тебя ждет настоящий секс-марафон».

– Я первый, учти, - сказал я Сашке, - чья была идея?

– Да я не возражаю, - сказал он и сел в кресло в противоположном углу комнаты.

А я подошел к девочке и наклонился над ней. Настя подняла на меня отчаянный и заплаканный взгляд.

– Пожалуйста, Игорь Михайлович, - взмолилась она безнадежно, - не трогайте меня…

Она затихла и смотрела, как я стягиваю футболку. Я наклонился к девочке и резко схватил ее за волосы. Она закричала и отчаянно забилась. Я встряхнул Настю и, снова пригрозив ножом, сказал ей на ухо:

– Будешь делать то, что я тебе скажу! Поняла?

Настя перестала кричать, когда увидела нож. Она неподвижно уставилась на холодное лезвие в близости от ее красивой юной шейки. Я отпустил Настю, и она упала на кровать.

Вставай! - скомандовал я ей.

Девочка слабо пошевелилась и медленно встала. Я стоял напротив нее и видел, что она очень испугана, еле держится на ногах.

Мне это чертовски нравилось. Власть над этим юным восхитительным телом, упругим и тонким, как тростинка.

– Снимай трусики, - сказал я Насте.

Девочка вздрогнула и посмотрела прямо на меня. Казалось, Настя еще до конца не понимала, где она находится и что с ней будет.

– Игорь Михайлович…- прошептала она хрипло.

Я просто терял голову, когда Настенька называла меня так. Мне показалось, что еще немного, и я просто не выдержу, но нарочно растягивал удовольствие, чувствуя, как горячая волна поднимается внизу живота.

Я поддался внезапному порыву и ударил ее сильно, так, что она упала на пол.

–Делай, что тебе говорят! - приказал я и рывком поднял ее на ноги.

Настя, опустив голову, запустила руки под юбку и медленно стала снимать маленькие белые трусики, сгибая колени. Я протянул руку и она отдала их мне. Я бросил ее трусики в угол комнаты.

– Будешь потом ползать здесь на коленях и собирать свои вещи, - пообещал я девочке.

Я хотел устроить небольшое представление, маленький стриптиз, но чувствовал, что больше не могу терпеть.

Я схватил Настю за плечи и швырнул на кровать. Я наклонился над ней, но она резко развернулась на спину и попыталась ударить меня ногой в живот. Я схватил ее за ноги, но она стала брыкаться и вырываться из рук. Признаюсь, не ожидал от моей Настеньки такой прыти. Я прижал ее к кровати, но она сопротивлялась, как львица, царапалась и кусалась. Видимо, пришла в себя.

Это меня заводило просто по-страшному. Я ударил Настю несколько раз, чтоб чуть-чуть успокоилась, и развернул на спину. Так было легче держать.

Я задрал Насте юбку, оголив аппетитную юную попку. Я провел рукой по нежной упругой коже, слегка пощипывая и лаская. Девочка снова задергалась, но я держал крепко. Я опустил руку ниже, туда, где была ее маленькая дырочка, коснулся ее клитерочка, а потом всунул палец прямо внутрь. «Как узенько», - подумал я, - «Еще совсем девочка». Настенька вздрагивала от моих прикосновений.

Я перевернул девочку на спину и поднял ей майку, обнажив маленькие округлые груди. «Готов поспорить, до них еще ни один мужик не дотрагивался». Настя попыталась сопротивлятся, но я с размаху отвалил ей затрещину. Девочка вскрикнула и затихла. Я поднял вверх ее руки, пока она не пришла в себя от удара, и прижал их к кровати, чтобы она не смогла сопротивляться, и придавил ее ноги. Свободной рукой я стал ласкать ее груди. Я схватил ртом маленький темный сосок и коснулся его языком. Маленькие сосочки медленно набухали и поднимались. Я приподнялся над Настей и резко раздвинул ей ноги. Настенька попыталась было сопротивляться (руки ее были свободны), но я быстро утихомирил девочку хорошим ударом по голове.

– Так будешь лежать, сучка, - скомандовал я.

И Настенька не шелохнулась. Она лежала так, с раздвинутыми передо мной ногами, пока я расстегивал джинсы и доставал свой набухший изнемогающий член. Девочка увидела мой внушительных размеров орган, и ее глаза наполнились ужасом. Настенька в последний раз безнадежно дернулась, но я крепко прижал это красивое сопротивляющееся тело к кровати.

Я надавил головкой ей между ног, и вошел. Настенька вскрикнула и выгнула шею, стиснув зубы от боли. Резким толчком я полностью заполнил ее тугую девственную глубину. Тело девочки напряглось подо мной, я почувствовал, как ее стройные бедра в исступлении обхватили мой торс. Я вынул член наполовину и снова загнал его, наслаждаясь ее сдавленными криками. Я стал трахать ее, резко вдалбливая туго входивший член. Ее маленькие упругие груди подпрыгивали с каждым моим толчком. Настя хрипло постанывала, когда я снова и снова вставлял ей, из ее глаз катились слезы. На лбу девочки выступили капельки пота. Я почувствовал приближение оргазма и кончил прямо в нее.

Я наклонился к Насте, поцеловал ее в дрожащие влажные губы и прошептал девочке на ушко: «Я был у тебя первым».

И я вышел из нее, ощущая прекрасную эйфорию.

Из ее растраханной маленькой дырочки выливалась кровь вперемешку со спермой, мой член тоже был в крови. Я обтер его простыней и поднял Настеньку с кровати.

– Ее в ванную надо, Саш, - сказал я другу.

Сашка повел мою Настеньку в ванную.

Я убрал с кровати окровавленную простынь и, скомкав, бросил ее в угол. Закурил. Через минуту Сашка привел из душа голенькую свежевымытую Настеньку.

Сашка толкнул девочку к кровати, и она упала лицом вниз. Худенькие плечи Насти затряслись, она всхлипнула. Друган подошел к ней и развел в стороны стройные длинные ноги Настеньки. Она не сопротивлялась. Она была уже наша. Сашка быстро расстегнул ширинку и освободил свой просто огромных размеров член. Девки обычно кидали Санька после первых пары раз. Мало кто мог выдержать его трах. Сашка не стал тратить время на то, чтоб поиграть с ее аппетитной попкой, как я. Он был просто в нетерпении.

Сашка резко надавил своим толстым членом на ее дырочку и Настя закричала. Он прижал девочку к кровати и продолжал входить в нее. Он стал двигаться сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее, энергично работая задницой. Он впечатывал Настеньку в кровать, и с каждым его толчком девочка истошно визжала. Сашка кончил, разряжаясь прямо в Настеньку, и вышел из нее. Девочка обмякла на кровати, ее тело исступленно подергивалось.

Сашка встал и застегнул ширинку. Я окликнул его.

– Слышь, Сань, есть еще водка? - спросил я, - давай выпьем, я ее пока минет делать научу.

Друг, на лице которого было блаженство, вышел за водкой, а я поднял мою очухавшуюся девочку с кровати. Сам сел в кресло, а ее поставил на колени перед собой. Достал свой вставший член.

– Возьми его в руки, - скомандовал я.

Настенька послушно обхватила мой пенис своими тонкими дрожащими пальцами.

Я несколько секунд наслаждался ее невинным теплым прикосновением.

– А теперь открой рот и соси, - приказал я девочке.

Настя поколебалась немного, но я схватил ее за волосы и приблизил к своему члену. Она открыла рот и стала у меня отсасывать. В рот девочки не вошла и половина моего члена.

Я взял Настю за голову и стал просовывать его глубже в горло. Девочка давилась, но я не отпускал ее, и она сосала. Маленький тесный ротик с шершавым язычком нежно обхватывал мой ствол. Я просто балдел от ощущения, что даю в рот четырнадцатилетней Настеньке, вчерашней девственнице.

Пока девочка отсасывала у меня, вошел Сашка с водкой. Он, увидев занимательную картину, сразу оживился. Поставив бутылку на стол, Сашка подошел к Настеньке сзади и приподнял ей попку.

Девочка попыталась дернуться, но я держал ее за голову.

– Сидеть, - рыкнул я, - продолжай.

И Настя снова стала сосать, пока Сашка сзади просовывал в нее свой член.

Вскоре друган бешено трахал девочку, и она стала глухо вскрикивать, давясь моим членом. Сашка кончил в Настю, и вышел из нее. Буквально через секунду я разрядился прямо ей в рот.

– Глотай, - приказал я Насте.

Она послушно проглотила сперму. Сашка подошел к девочке с бутылкой водки.

– На, запей, - сказал он и расхохотался.

Я всунул ей в рот горлышко и схватил за голову.

– Делай, что тебе говорят, сучка малолетняя, - сказал я Насте.

Она сделала пару судорожных глотков и закашлялась. Глаза ее наполнились слезами.

Мы с Сашкой оставили ее ненадолго, пусть отдохнет пока. Девочка забилась в угол комнаты и вжалась в стенку. А мы пока придумывали, что бы с ней еще сотворить.

Выпив, мы продолжили делать нашу малышку. Сначала я поставил Настеньку раком и хорошенько оттрахал.

Девочка уже окончательно смирилась со своим положением и совсем не сопротивлялась. Я обхватил ее талию и стал резко насаживать на свой член. Настя только постанывала от боли, когда я ударял рукой по ее упругой попке или сжимал грудь. Когда я закончил, я просунул палец в ее попку, он еле входил. Настенька вскрикнула, видимо поняв, что сейчас ее будут ебать в зад.

Саш, у тебя есть крем какой-нибудь или что-то в этом роде?- позвал я друга.

– Есть, конечно, - отозвался Санек, и хитро прищурился.

Через минуту Сашка протянул мне тюбик. Я взглянул на упаковку. Это был специальный крем для анального секса. Я выдавил немного на пальцы, и стал смазывать мою девочку, просовывая прямо в дырку. Потом потрахал немного ее попку пальцем. Он входил уже легко и свободно. Я вынул член из ее влагалища и засунул в маленькую дырочку повыше. Член входил очень тяжело, но я надавил и резко вставил до конца.

Настенька сдавленно вскрикнула и задергалась, но я продолжал резко и жестко вдалбливать ее. Хорошенько выдрав ее прелестную попку, я вышел из нее и удовлетворенно взглянул на две маленькие, уже немного растраханные дырочки. «Скоро будет как настоящая шлюшка», - подумал я и уступил место Сашке.

После того, как мы несколько раз по очереди трахнули Настеньку во все дырочки, мы устроили ей конвейер. Сашка лег на кровать, я посадил девочку на его вздыбленный член, а сам пристроился сзади, вставив ей в попу. Отымев девочку в такой позиции, мы поменялись. Потом мы с Сашкой по очереди дали ей в рот…

Мы лишили девочку девственности по полной программе. Настенька, лихорадочно подрагивая, лежала на кровати. На ее лице выступил пот от продолжительного бешеного секса в первый раз. Мы вполне насытились молодым телом Настеньки и оставили ее - пусть поспит. Через некоторое время, когда было выпито очень приличное количество водки, мы тоже пошли спать.

Я проснулся неожиданно посреди ночи. На улице зарядил дождь, в темноте блеснула молния, и грохот рассыпался, казалось, прямо на открытый балкон. Организм, привычный к алкоголю, чувствовал себя прекрасно. Спать не хотелось совсем. «Пойду проверю нашу малышку.» - подумал я и направился в соседнюю комнату.

Со скрипом отворилась дверь, снова прогремел гром. «Интересно, она боится грозы?»

Я посмотрел на кровать. Настя спала, свернувшись клубочком, лицом к стенке. Это было очень умильное зрелище. Тонкое одеяло не прикрывало только ее плечи, но волнующе облегало ее красивое, стройное тело.

Я приблизился к кровати, наклонился над девочкой и запустил руку под одеяло. Дыхание Насти прервалось, она проснулась.

Я под одеялом коснулся ее живота, она резко развернулась на спину, и, увидев меня, попыталась закричать. «Глупенькая, пора бы уже привыкнуть к своему положению.» - злобно подумал я. Прикрыв ей рот рукой, я прижал Настю к кровати.

– Не кричи - прошептал я. - Проснется Сашка, тоже тебя отымеет.

Я откинул покрывало и жадно смотрел на обнаженное, дрожащее тело. Одну руку я положил на небольшую упругую грудь и стал гладить ее, сжимая и пощипывая. Мне пока хотелось просто посмотреть на голое тело Насти.

Послышался тихий всхлип и дрожащее, прерывающееся дыхание. Настя плакала. Я наклонился к ее лицу и стал целовать горячие, влажные губы. Раздвинув их языком, я впился в ее тесный, шершавый ротик и долго, больно, жестко целовал ее. Когда я оторвался от нее, Настя жадно вдохнула воздух, ее грудь приподнялась и снова стал ласкать ее. Я целовал нежное заплаканное личико, пробуя языком соленую влагу.

Я не хотел, чтобы она плакала. Мне жаль было немного Настю и я хотел доставить ей удовольствие.

– Тихо, малыш, - нежно прошептал я, - я не сделаю тебе больно.

Я посмотрел на ее заплаканное лицо и снова поцеловал губы, теперь аккуратно и медленно, лаская их языком. Я опустился чуть ниже и стал медленно целовать ее шею, подбородок, маленькие косточки на груди. Руками я ласкал маленькую упругую грудь. Я хотел ее ужасно, просто до боли, но я медлил, как мог.

Настя больше не плакала. Ее дыхание стало тяжелым, прерывист[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]ым. Маленькие сосочки набухли от моих осторожных пальцев.

Я провел рукой по плоскому животу и опустился ниже. Я целовал ее, мои руки были везде… Я раздвинул Насте ноги и коснулся ее клиторочка, прильнул губами к влажной промежности. Настя выгнула спину и запрокинула голову в ответ на мои ласки. Ее тело дрожало и изнывало от желания.

Я снял штаны вместе с трусами и навис над ней, почувствовав горячее неровное дыхание.

Просунув руку ей под спину, я прижал Настю к себе и стал медленно входить в нее. Она была возбуждена и я легко проник в ее узенькую дырочку. Снова ее молоденькая теснота обхватила мой ствол… Восхитительное ощущение!

Я стал двигаться в ней, руками гладя напряженное горячее тело, вдыхая фруктовый запах ее волос, целуя их.

Настя обняла меня одной рукой, но не отвечала на поцелуи. Глаза ее были закрыты, с полуоткрытых губ срывались тихие стоны.

Я стал двигаться все быстрее и быстрее, стараясь не быть резким и не причинить ей боль. Вдруг я почувствовал, как сжались мышцы внутри нее, Настя резко вскрикнула, ее ногти впились мне в спину.

Ощутив резкую тесноту внутри девочки, я понял, что сейчас кончу. Огромным усилием воли я сдерживал себя, продолжая находится в ней, наслаждался ее оргазмом. Настя выгнула шею, ее пальцы дрожали на моей спине, а на щеках выступил горячий румянец.

Потом я вышел из нее, и, дроча, кончил на простыню. Издав почти животный стон, я нагнулся над Настей, уперевшись локтями в кровать. Она, испытав первый в жизни оргазм, дрожала как в лихорадке и тяжело дышала. Я устало поцеловал влажные горячие губы и в изнеможении лег рядом.

Настя прильнула ко мне и я обнял ее рукой, хотя мне было почти невыносимо жарко. Она уткнулась в меня головой и тихо заплакала. Я обнял Настю крепче, отчасти понимая ее слезы, но был не в силах успокоить ее или что-нибудь сказать. «Пусть поплачет - это полезно», - подумал я и отрубился.

В окно мягко падали лучи летнего утреннего солнца, в воздухе витал запах свежести влажной травы. Тихо и тепло и чисто.

Я быстро проснулся от янтарно-прозрачного света, в котором кружились, чуть переливаясь, пылинки. Рядом я почувствовал теплое слегка шершавое прикосновение. Ее голова лежала на моем плече, мягкие волосы, растрепавшиеся по подушке, слегка щекотали. Одной рукой Настя обнимала меня во сне.

Солнце освещало ее лицо и плечи, выглядывающие из одеяла, загорелые руки со слегка золотистыми волосками. Я смотрел на странно по-взрослому спокойное лицо Насти и она казалась мне женщиной. «Да», - подумал я, - «она женщина, благодаря мне». Я поморщился.

Настя открыла свои темные, совершенно не сонные глаза и посмотрела прямо мне в лицо.

Я улыбнулся ей и притянул Настю к себе, близость ее стройного тела ударила мне в голову. Я поцеловал ее, аккуратно и медленно, как этой ночью, и запустил руку под одеяло.

Настя вдруг странно дернулась и уперлась мне в грудь ладонями.

– Что ты, - прошептал я, - тебе же понравилось… вчера.

Я снова прижал ее к своей груди, а руку просунул у нее между ног.

Настя посмотрела на меня страшными глазами, в них отразилась мука.

– Не надо, пожалуйста, - хрипло прошептала она и сглотнула, - мне так больно.

Я отпустил Настю и она отодвинулась, смотря испуганно и жалко.

– Внизу живота, - добавила она, - больно.

Я смотрел на нее долго, вглядываясь в ее лицо. Большие темные глаза смотрели грустно и тяжело. В них было все - и боль, и унижение, и поруганная растоптанная честь, и отвращение, и страх. В них было все, и оттого они казались взрослыми. И сгорбленное молодое тело оцепенело лежало рядом со мной, оскверненное, больное.

Я чувствовал прекрасную власть над ней, с удовольствием садиста насиловал ее, деля ее тело с другом. А сейчас мне было жаль Настю. Трезвый по-утреннему рассудок остро и резко вонзался в безмятежное ощущение. Мне было жаль ее.

Настя вся сжалась, по-видимому, боясь, что ее снова будут насиловать, несмотря на боль и мольбы.

Я верил Насте- все-таки вчера был ее первый раз, а мы с ней не церемонились.

– Успокойся, - сказал я девочке, - ничего не будет.

Настя уронила голову на подушку и закрыла глаза.

– Вы отвезете меня домой? - спросила она.

Я откинул одеяло и встал с кровати. Настя лежала неподвижно, смотря на меня сухими глазами.

Я наклонился к Насте, и, подняв ее на руки, понес в ванную. Легкое стройное тело, прислонившееся ко мне, возбуждало. Но я занес ее в душевую кабинку, опустил на влажный холодный пол и включил душ.

Вернувшись в комнату, я собрал одежду Насти и принес в ванную.

– Вот, - сказал я, - оденешься. Настя кивнула и я вышел.

После ванной девочка в кое-где разорванной смятой одежде выглядела слегка потрепанно, но, в целом, все также неплохо.

– Посиди пока, я сейчас, - сказал я и тоже пошел принять душ.

Я вышел из ванной в халате и, сняв его в комнате, стал одеваться у нее на глазах.

– Есть хочешь? - спросил я у Насти, натянув футболку.

Девочка покачала головой.

– Нет, - тихо сказала она через некоторое время, ее сухие бледные губы немного дрожали. Я начинал злиться.

– Хватит хандрить, Настя, - сказал я девушке, - сейчас отвезу тебя домой.

Я подошел к Насте и, уперев руки в подлокотники кресла, навис над ней.

– И вот еще что, - сказал я, доставая из кармана джинсов мобильник.

Девочка подняла на меня большие испуганные глаза, я почти чувствовал, как она внутри похолодела.

– Хоть слово скажешь родителям, - я открыл на телефоне пару голеньких фоток, - эти снимки будут на телефонах у всего города, - я показал ей.

Настя каким-то вялым оцепеневшим жестом протянула руку к мобильнику и взглянула. В глазах ее отразилась боль, смешанная со смертельной усталостью. Девушка с отвращением отдернула руку и откинулась на спинку кресла.

– Я никому не скажу, - прошептала Настя одними губами, закрыв глаза. По ее щеке тонко скользнула прозрачная слезинка, - отпустите меня домой.

– Ну вот и славно, - непринужденно сказал я, с облегчением понимая, что девочка действительно не проронит ни слова.

– Пойдем, позавтракаем, - взял я Настю за руку.

Девочка послушно пошла со мной на кухню.

Я сварганил нехитрый завтрак из пары бутербродов и покормил мою новоиспеченную женщину. Сам я был жутко голоден после восхитительного секса.

Через пару минут в комнату вошел только что проснувшийся Сашка. Морщась и щуря опухшие глаза он шатко прошел к рукомойнику.

Мне стало весело. «Кто рано встает - тот Настю ебет» - мысленно сочинил я каламбур. Вот я с самого утра уже удовлетворенный.

Сашка открыл кран и подставил голову под струю холодной воды. Друг явно перебрал.

Я потянулся к стоявшей на столе бутылке с остатками водки и проверил количество остатка - «сто грамм будет». Я вылил водку в стакан и протянул красному, тяжело стонавшему Саньку.

Он немедленно выпил и, блаженно вздохнув, опустился на стул рядом с Настей. «Представляю, как на нее дохнуло перегаром»

– Доброе утро, Игорек, - сказал Сашка.

– Доброе, - улыбнулся я, протянув другу сигарету.

– Спасибо, - благодарно крякнул он.

Мы закурили. Сашка, придя в себя, приложился к сидящей рядом девочке, обняв ее за плечи. Настя опустила голову и сидела неподвижно.

– Слышь, Игорек, - сказал Сашка, туша сигарету, - девчонку можно оставить еще на день. Давай компашку позову - пустим ее по кругу? А?

Сашка сощурил опухшую от водки морду, довольный предложенной идеей.

Я ощутил прилив злобы. «Вот сволочь!» «А сам то?» - отдернул я самого себя.

Я посмотрел на Настю. Она сидела неподвижно, опустив голову.

«Не трогает, - обозлился я. - Дура!».

Я закурил вторую сигарету, и спокойно ответил:

– У нее родители могут к обеду приехать.

Сашка округлил удивленные глаза.

– Ты же сказал вечером? - возмутился он.

«Прямо обиделся, - подумал я. - Да ты ее сейчас даже трахнуть не сможешь!… Что то у меня неважное настроение сегодня».

– Да я вчера перепутал спьяну, - сказал я, допив остатки кофе.

Я взглянул на часы - 9:30.

– Поехали, Насть, - позвал я девочку.

Настя живо встала и почти подбежала ко мне - подальше от Сашки.

– Ну покеда, киска, - сказал ей Санек на прощание.

Я взял девочку за плечо и мы вышли из кухни.

– Еще увидимся, - добавил Сашка.

Худенькое плечико под моей рукой содрогнулось.

Мы вышли на улицу и я посадил Настю в машину. Было также морозно и немного ветрено, как и вчера. Розоватые облака покрывали яркое бессолнечное небо. Утро - копия вчерашнего.

Я сел в машину, захлопнув дверь. Звук, прокатившийся в окружающей тишине отзвенел в ушах. Я посмотрел на Настю, вспомнив, как точно-таким же утром, только вчерашним, она легкой вздрагивающей походкой шла к бабушке. Девочка смотрела вдаль отсутствующим взглядом. «Может, тоже об этом вспоминает?» - с интересом подумал я.

– Твоя бабушка не будет волноваться, что тебя не было? - спросил я.

Настя вздрогнула и растерянно взглянула на меня.

– Нет, - ответила она через пару секунд и отвернулась.

«Ладно, поехали».

Я завел мотор. Мы проехали коттеджи, вчерашний перекресток, на котором мне еще совсем недавно надо было «поехать прямо», автобусную остановку. Я повез Настю домой.

Через час я остановился недалеко от дворика, в который выходил подъезд ее дома.

Я повернулся к девочке и, резко притянув ее к себе жадно поцеловал. Настя слабо уперлась ладонью мне в грудь, но я держал ее крепко, языком раздирая теплые влажные губы. Девочка ослабла под моим натиском, и я просунул руку ей в трусики, опустив сто долларов прямо между губками, - «на мороженое».

Я отпустил Настю и открыл дверь джипа. Девочка, чуть не плача от унижения, метнулась из машины, обдав меня на прощание теплой волной аромата ее волос, пахнущих детским шампунем. Я смотрел, как она бежала к себе домой.

«Она даже не может выбросить эти деньги прямо на улице» - весело подумал я, довольный своей фантазией.

## Олимпийский мишка

1979 год славное время я вовсю мастурбировал на все, что хоть отдаленно напоминало женщину. Летние каникулы я проводил на Кубани. Девчонки, с которыми я общался, воспринимали мои попытки их потрогать как обычное хулиганство и соответственно отвечали мне оплеухами. Никаких перспектив прикоснуться к девчоночьему телу у меня не было, и все что я мог, так это наблюдать за купающимися девочками (купальники тогда носили не все) и потом самозабвенно дрочить, вспоминая их тушки.

Незаметно лето подходило к концу и вот уже середина августа и нам пора домой. Поезд Симферополь - Иркутск никогда не придерживался установленного для него расписания и поэтому когда мы согласно купленным заранее билетам с мамой попытались сесть в этот поезд выяснилось, что наши места давно заняты и нам предложили, доплатив приличную сумму сесть в прицепной вагон, где были 2-х местные купе. Выхода у нас не было и бригадир получив доплату проводил нас в этот вагон. Но и там все оказалось не так гладко. Места были но по одному в купе. Когда я зашел в свое купе я остолбенел. На полке сидела девушка и читала какой-то журнал, кажется «Крокодил». На ней был сарафанчик на лямках и когда она нагибалась, были видны ее маленькие сисечки.

– Привет! - сказал я, ты до куда едешь?

– До Красноярска, а ты?

–А я до Иркутска Меня кстати Дима зовут - представился я - а тебя?

– Лариса

Разговорившись я выяснил, что Ларисе она отдыхала с родителями в Геленджике они едут в соседнем купе с 5 месячным братиком. Мы поболтали о всякой ерунде она сидела на полке скрестив по турецки ноги и из под сарафанчика было очень хорошо видно ее трусики которые обрисовывали ее щелку. Видимо уловив, на что конкретно направлен мой взгляд она смутилась, поджала под себя ножки и ее чудные трусики исчезли из моего поля зрения. Мы сидели играли в карты, периодически заглядывали ее родители или моя мама и напоминала что пора спать.

Поняв, что спорить бессмысленно, я разделся и залез на свою полку и тут до меня дошло что Лариска вряд ли будет спать в сарафане и сейчас начнет переодеваться. Сделав вид, что уже сплю, я с головой залез под одеяло и в щелочку стал смотреть за Ларой. Она скинула с себя сарафанчик но все портило то, что она стояла ко мне спиной, потом надела на себя ночнушку и легла. Когда я проснулся утром, Лариска уже была одета и даже успела заплести косичку. Не знаю почему, но мне было неудобно вставать в одних трусах, и я попросил ее выйти, что бы я смог одеться она хихикнула, но все-таки вышла.

Наша поездка проходила весело мы играли в карты, рассказывали на ночь страшные истории, которые тут же и сочиняли. Стесняться друг - друга мы уже перестали она спокойно переодевалась при мне и я тоже, но любые попытки прикоснуться к ее телу пресекала тут же. На станции Свердловск в поезд зашла продавщица газет и журналов, я купил у нее редкий тогда журнал «Америка» и необычный значок в виде олимпийского мишки из пластмассы. Он выглядел так, как будто был не из нашего мира, подобных я никогда не видел. Лариска с родителями была в вагоне - ресторане и не видела этой покупки. С гордым видом я нацепил значок на футболку и стоял возле купе в надежде, что кто нибудь увидит мой значок и обзавидуется.

Тут пришла Лариска с родителями, и я сразу же похвастался своим приобретением. Она широко раскрыла глаза и стала канючить, пытаясь выманить у меня значок. Я разрешил ей немного его поносить, а вечером забрал его. Она сильно обиделась и не разговаривала со мной весь следующий день. Но под вечер попросила меня подарить этого мишку. И тут меня осенило, что я за него смогу получить все что хочу от Лариски и я ей предложил следующее- я утром дарю ей значок, а она в эту ночь лежит со мной и я могу делать с ней все что хочу в течении 3-х часов. Немного подумав она согласилась. Просто в те времена воспитание было таким, что у нее даже мысли не могло возникнуть,что с ней могут сделать что-то греховное.

Вот уже в поезде потушили свет, осталось только дежурное освещение, я разделся и лег. Лариса стояла в нерешительности я ей сказал что я жду. Она немного потопталась и не снимая сарафанчика легла ко мне. И тут же повернулась спиной. Я не зная что нужно делать находясь с девочкой в одной постели просто сдвинул на сарафане лямки и стал гладить ее небольшие сисечки. Лариса никак на это не реагировала и я осмелел и поцеловал ее в губки. Она тут же недовольно дернулась и сказала, что целоваться нельзя. Я ей напомнил что она мне разрешила делать с ней все что я захочу и немного порпререкавшись она согласилась, что целовать тоже можно.

Целоваться я не умел, но вскоре у меня стало получаться. Член мой стоял колом я целовал Лариску и гладил ее грудки потом я решился и попросил ее снять сарафанчик совсем. Зачем то попросив меня отвернуться она сняла его и опять залезла ко мне под одеяло. Такого удовольствия я еще ни разу не испытывал. Рядом со мной лежит девочка в одних трусиках, и я глажу ее и целую губы и грудку. Не знаю, что мною двигало в этот момент но я взял ее руку и положил на свой член. Ее глаза расширились и она отдернула ручку сказав, что я дурак. Уже практически перестав себя контролировать, я полез к ней в трусики.[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]

Она убрала мою руку, и попыталась встать и уйти, я ей сказал, что она никакого мишку не получит. Немного подумав, Лариса опять легла ко мне. Я вновь залез к ней в трусики и стал гладить ее маленькую писю. Лариска была недовольна, но уговор есть уговор. В конце концов я просто снял с нее трусики и с себя тоже, откинул одеяло и стал любоваться ее тельцем. Лариса отвернулась, видимо не желая видеть мой член, а я жадно трогал ее везде и целовал, где только мог. Я гладил ее писечку, прижимался к Лариске всем телом и мой член терся и ее маленькую пиздюльку.

Я повернул ее на спинку и попытался войти в нее, Лариска сжала ноги и стала меня отпихивать. Себя я уже не контролировал. Разведя ее ноги я чуть чуть вошел в нее и не зная что делать дальше просто лежал и все. Лариса уже не сопротивлялась, просто безучастно лежала и смотрела в сторону стенки. Я попытался еще глубже засунуть в нее свой отросток, и у меня, как ни странно получилось, хотя никакой смазки там и в помине не было. Лариска стала извиваться и пытаться вылезти из под меня, но я надавил посильнее и он вошел полностью. Лариска завизжала, но я успел закрыть ей рот ладонью, и вместо визга получилось мычание.

Из ее глазок катились слезы. Видимо повинуясь инстинкту я понял, что надо двигаться в ней, и стал совершать поступательные движения. Лариска просто молча плакала, а я входил в нее с остервенением. Такого оргазма я не испытывал никогда, я кончал так бурно и так долго что мне казалось что прошла вечность. Я лежал обессиливший на ревущей Лариске и пытался ее целовать, она спихнула меня с себя и вскочила, потом оделась и вылетела из купе.

И тут я испугался, что она сейчас пойдет и все расскажет своим родителям. Но пронесло, через какое то время она пришла видимо мылась и не раздеваясь легла на свою полку. Я попробовал поговорить с ней, но она не отвечала. Я посмотрел на часы и понял, что она мне должна еще час с небольшим. Я залез к ней на полку и сказал о ее долге пригрозив, что иначе мишку не отдам. Уже не спрашивая ее разрешения стянул с нее сарафан и трусики с стал жадно целовать ее губы она не сопротивлялась просто смотрела отрешенным взглядом. Я опять раздвинул ее ноги и вошел.

На этот раз все было гораздо лучше. Ее пися, растянутая предыдущим сексом, охотно впустила мой стоящий член. Я трахал ее самозабвенно совершенно не заботясь о том приятно ей или нет. Она даже не плакала просто лежала а смотрела в бок. Я кончил и уже совсем обессиленный забрался на свою полку и уснул как был голым.

Утром я еле проснулся, ломило все тело, так, как будто я всю ночь таскал штангу. Ларисы в купе не было. Найдя свои трусы я оделся и пошел мыться и чистить зубы. Лариску я увидел когда возвращался из туалета, она выходила из купе своих родителей. Я подошел к ней отцепил от футболки значок и протянул ей. Она взяла его молча и не глядя на меня пошла в наше купе. Я пошел за ней сел рядом и попытался обнять, она отстранилась. На все мои попытки разговорить ее, она отвечала молчанием. Ночью я попытался придти к ней но она сказала что сейчас начнет орать и я испугавшись оставил свои попытки.

На следующий день ей уже нужно было выходить. Когда я пришел из туалета, она уже была не в сарафанчике, а в красном брючном костюмчике и собирала свои вещи. На меня она не обращала абсолютно никакого внимания. Вот и Красноярск. Поезд там стоял 15 минут. Я вышел на перрон и увидел Лариску с родителями. Попрощавшись с ними, я уже хотел идти в вагон, но тут ко мне подошла Лариса и протянула листочек в клеточку. Зайдя в купе, я развернул его, там был написан ее адрес.

До Иркутска я ехал один в купе. Приехав домой я решил написать Лариске, но потом нашлись более важные дела… В общем, письмо я ей так и не написал.

## Белая Луна

В сентябре в составе международной общественной организации "Гринпис" на озеро Байкал отправили молодежную группу из сорока человек. Акция проводилась под эгидой бережного отношения к окружающей среде. В основном в группе были школьники старших классов. Была среди них хрупкая девочка небольшого роста Маша. Поездка на Байкал была поощрительной для лучших учеников, в числе которых она оказалась. Группа должна убирать мусор на незаконных свалках, произвольно устроенных местными жителями. Это было что-то наподобие летного лагеря. Акция имела двойное значение - бережно относиться к природе Байкала и отучить местных жителей приучить устраивать в лесу незаконные свалки. Учили ценить и любить природу.

Лагерь разместился в самом начале леса, недалеко от озера. Песчаная полоса пляжного берега хорошо была видна сверху. Недалеко, в двухстах метрах, находился большой камень грибовидной формы. Камень торчал из воды, но к нему спокойно можно было подойти по песчаной косе. Почему группа разместилась неподалеку от этого камня, никто не знал. Может, место просто понравилось, или руководитель решил так. Поговаривали, что это святой камень, якобы древние шаманы там приносили жертвоприношение Богам. В стороне, чуть левее стояла деревянная баня без крыши. Столовая - большая деревянная крытая беседка могла одновременно вместить почти всех. Вдоль стен столовой были оборудованы лавки.

Всего в команде насчитывалось чуть более сорока человек. В лагере примерно поровну было русскоговорящих и иностранцев. В основном студенты и ученики из различных учебных заведений, из разных городов России и зарубежных стран. Бельгийцы, Голландцы, Немцы, Французы, Американцы и других. Все называла друг друга на ты. Такое было требование старших с первого дня. Возрастных отличий не делали, это как бы было маленькая демократическая община. Группы разделили на две, по двадцать человек. В каждой группе по четверо старших, взрослых мужчин и женщин. В такой многонациональной команде должен был быть переводчик. И он конечно же там был. Корольков Игорь, сорокадвухлетний мужчина, с крепкими мускулами и спортивной осанкой. Когда-то занимался спортом. Последние семь лет Игорь жил в Германии. Он хорошо владел двумя языками, немецким и английским, не считая русского конечно. Маша, сразу обратила на него внимание. Это был мужчина ее тайных фантазий. Это был герой ее романа.

Лагерь жил по распорядку. В восемь часов завтрак, потом группа отправлялась в лес, собирали мусор в белые мешки и складывали их у дороги. В два часа обед, после обеда снова уборка, потом ужин. Суббота, воскресение - выходной. Можно сходить в баню или на пляж. Иногда руководитель устраивал различные экскурсии. После ужина все собирались в "столовой" под деревянным навесом, обсуждали проделанную работу и получали от руководителей новые задания. В центре стоял Игорь Королев и все переводил. С английского на русский, с русского на немецкий. Все называли его просто - Король. И ему нравилось такое обращение.

Однажды руководитель группы устроил им небольшую экскурсию к святому месту. Местный шаман сидел на земле в красивом национальном наряде у костра и рассказывал легенду святого камня, рядом с которым они находились. Этот большой, обнаживший свое острие из воды кусок скалы - святое место. Шаманы у этого большого камня приносили в жертву богам домашних животных. Лекция была очень интересная, и понравилась всем без исключения. Король ненавязчиво переводил, кому надо тот услышит. Маша то и дело с интересом на него посматривала.

Маша давно пыталась обратить на себя его внимание, но безуспешно. То ли она была для этого слишком юна, то ли не имела понятия как это сделать. Дни шли своим чередом, время их пребывания в лагере неумолимо сокращалось.

Однажды задержавшись на уборке, спеша к обеду и переодеваясь в палатке, она надела обтягивающую футболку на голое тело, не надев при этом лифчика. Естественно, она не придала этому особого значения. Мало ли бывает, приходилось по дому и без трусиков ходить. Но зато этому большое значение придал Король. И даже большое. Футболка обтягивала ее грудь. Соски нагло выпирали под тонкой тканью. Он словно заколдованный неотрывно смотрел на ее соски, явно проступающие через материю футболки. Маша заметила его взгляд случайно. Сидела за столом, ела и увидела как он смотрит. Король сидел почти прямо напротив нее. У Маши возникла шальная и неожиданная мысль. Она даже сама этого не ожидала. Наверное, сказывалось долгое пребывание на природе, в диком лесу на чистом воздухе. Или скорее то, что родителей рядом не было, и они не опекали ее. "Интересно, его член разбух? - подумала Маша. -Интересно было бы на него взглянуть". Маша, от этой наглой мысли, возбудилась, соски набухли и теперь стали видны намного отчетливее. Они нагло выпирали из под тонкой материи. Естественно Король это заметил и посмотрел ей в глаза. Их взгляды встретились. Маша ударило током, ее пронзила развратная стрела в самое сердце. Это был взгляд дико изголодавшегося по женской ласке мужчины. Взгляд охотника заметившего свою добычу. Маша почувствовала, как в ее тайном месте увлажнилось. Её желание теперь стало явью, и Король это заметил, и ее трусики теперь тоже об этом догадывались. Но они должны стеречь вход от посторонних ходоков, они не должны пропускать туда незваных гостей, ведь их задача - это беречь вход в тайну и никого туда не пропускать. Но кого и когда пропускать, это решает хозяйка. И в этом случае трусики становились лишь молчаливыми свидетелями акта проникновения и предательства.

Теперь Маша всегда приходила на обед и ужин без лифчика и специально садилась напротив. Лифчик ей больше был не нужен, он ей мешал. Она завтракала без лифчика. работала без лифчика, обедала и ужинала без лифчика. Ей нравилось, что на нее обращает внимание не зеленый подросток, а взрослый мужчина, перетрахавший наверняка не одну сотню девушек. Ей нравилось так о нем думать, нравилось видеть, что он ее хочет, нравилось фантазировать о том, как он ее хочет, и что он тайно мечтает и страстно ее желает. Теперь Игорь стал чаще на нее заглядываться. Он смотрел на ее грудь, соски, фигуру, обращал внимание на ее походку, на ее попку, облаченную в голубые обтягивающие трикотажные спортивные штаны с белыми штрипками, и сквозь которых отчетливо проступали полоски от трусиков. Он захотел увидеть ее трусики. Ему стало любопытно, какие она носит трусики, какого они цвета и фасона. Это стало навязчивой идеей.

Однажды вечером Маша стояла у умывальника и стирала. Все это делают каждый день. Выбрав удобный момент, он подошел к ней. Маша стирала свои трусики. Она смутилась, но продолжала стирать. Пусть смотрит, раз ему так нравится. Не уходить же. Мысль о том, что чужой мужчина наблюдает за тем, как она стирает свои трусики, сильно ее возбудила. Это были обыкновенные хлопчатобумажные белые трусики с бантиком в центре резинки.

– А я думал, что ты танга носишь, - хитро спросил он ее.

Маша поняла, надо поддержать тему. Возможно, это ее шанс увидеть то, чего она еще никогда не видела, и о чем давно мечтала.

– А тебе разве не нравятся такие? - соблазнительно спросила она.

– Очень нравятся. Мне очень интересно, какие ты носишь.

– Всем интересно, - игриво сказала она. - А у меня еще есть…

– Покажешь? - спросил он, моментально возбуждаясь.

"Конечно, покажу" - подумала Маша, но промолчала и загадочно ему улыбнулась.

До закрытия лагеря оставалось всего три дня. Все разъедутся, а она так и не испытает счастья. Как-то вечером после собрания, когда все разбрелись по палаткам, Маша и еще кто-то осталась сидеть у костра. Напротив нее сидел Король.

– Ты когда-нибудь видела белую луну? - спросил он Машу.

– Нет, - удивилась она, - разве луна бывает белая?

– Сегодня полнолуние. Луна совершенно белая. Пойдем на берег, я тебе покажу, - он встал и взял ее руку, не ожидая ее согласия.

Вместе они спустились к берегу. Она уже для себя решила, что будет делать на берегу. Они молча шли вдоль берега, в ночной тишине был слышен слабый накат воды. Вода звучала сейчас по-особенному, как-то загадочно и заговорщицки. Он держал ее за руку и она чувствовала как предательски подкашиваются ноги. "Только бы дойти до святого камня, - подумала Маша. Король остановился но Маша сказала:

– Давай пойдем к святому камню, - и повела его за руку.

– Вот, смотри, - показал он ей на луну, когда они дошли до места. - Видишь, вся белая. Как девственница…

Маша непроизвольно усмехнулась.

– Ты не знала, что полная луна называется девственной? - спросил Королев.

Она действительно была девственна, но Маша уже не слушала и никуда не смотрела на девственную луну. У нее была своя девственность, с которой Маша хотела навсегда проститься. Король властно обнял ее, притянул к себе и поцеловал в губы, потом проник языком… У нее бешено забилось сердце. Он положил руку ей на плечико. Она опустилась на колени. Расстегнула джинсы и спустила их вниз. Из под трусов торчал бугорок. Бугорок был большим и привлекательный. Маша осторожно потянула за боковую резинку трусов. Выглянула возбужденная головка члена. Головка строго и нахально смотрела ей прямо в лицо. Ей было очень интересно взглянуть на нее. Впервые в своей жизни она так близко, лицом к лицу столкнулась с мужским органом. Девичье любопытство само вело ее по тропинке эротического познания: ей хотелось увидеть, потрогать, попробовать, ощутить, почувствовать и познакомиться. На острие призывно сверкнула капелька. Она не выдержала этой строгости мужского члена и открыла ротик - произошел контакт. Это был первый подобный в ее жизни контакт. "Сколько их еще у меня будет" - подумала Маша. Член у Короля действительно был наглым, повидавший на своем веку не одну девственность, прорвавший и проникший самых разных девушек и женщин.

Языком и ртом Маша хорошо чувствовала и ощущала пульс и мужской вкус. Это был особенный неповторимый мужской вкус. Головка, словно электрическая батарейка, которую она в детстве пробовала на язык, посылала в нее импульсы электрического разряда. Это было совершенно необычное и непривычное ощущение. Она заряжалась энергией. Новой, сексуальной энергией, его мужественной энергией. Чистой, доброй, положительной энергией. Такого ей больше нигде и никогда не придется испытать, ведь известно, что первый опыт запоминается на всю оставшуюся жизнь. Маша ничего не делала, просто держала головку во рту, плотно прижав ее языком к небу. Король немного постоял так, видимо предоставляя Маше возможность привыкнуть к новым ощущениям (все таки не впервые давал девчонкам в ротик член), и начал легкие движения, пробивая своим наглым мужественным членом для себя новую дорожку в чужую девственность и тайные желания. В ее страсть и ее сердце. Сосать Маша совершенно не умела. Опытный Король это сразу почувствовал. Но это не имело никакого значения, он для себя уже все решил.

Сейчас он позволит этой девочке довести себя до оргазма и эякулирует в ротик этой любопытной девочке. Но это будет для нее всего лишь только десертом - впереди ее ждет основное блюдо, о котором Маша, в силу своей девственной неопытности, не могла пока догадываться. Он будет первым. Король любил всегда быть первым. Дух состязательности присутствовал в нем с детства. Король устроит ей настоящий фестиваль! Фестиваль секса, стонов, предоргазменных девичьих слез удовольствия и счастья, клятвы в вечной ему любви. Он выдерет ее по самой полной программе! По такой, по которой он уже давно не драл девчонок. Ни молодых любопытных вроде Маши, ни опытных замужних, но неудовлетворенных женщин, поднимая и возвышая их на самый верх наслаждения, которые в страсти забывая своих мужей, бесстыдно отдаваясь Королю, его наглому и нахальному члену. Для его члена не было ничего святого. Даже чужие узы семейного брака не были способны остановить его. Он безжалостно вторгался между ними и разрушал там все отношения и возможные надежды на хорошие отношения с супругом. Они чувствовали в нем мужественность и видели безграничную силу подчинения себе и страсть обладания. Такому мужчине любая девушка добровольно отдастся. Сама опуститься на колени, сама приспустит свои трусики, нетерпеливо ожидая постороннего заполнения в свой личный, интимный узкий мир. Сама ляжет и примет удобную для него позу. Потому что он Мужик, он Король, он Хозяин. Только он должен обладать ими и рвать на части влагалища своим зверским, горячим, изголодавшимся членом. Да. Именно так. Потому что у него это не член! Это была святая скала. Скала, у которой приносили ему в жертву девочки свою девственность. Завораживающей красоты скала.

Маша стояла перед ним на коленях, держась руками за его ягодицы. "Глупая девчонка, - подумал Король, - хотя бы догадалась трусики спустить. Но ничего, сейчас я сделаю ее по полной программе".

Маша высвободила головку, посмотрела на нее и коротко лизнула языком. Потом снова и снова, так, словно это была игра. Это и правда для нее было игрой. Так девчонки дразнят глупого несмышленого котенка, играют с ним. Но Королю было сейчас не до игр. Перед ним на коленях стояла нежная, хрупкая, симпатичная, изящная девочка и дразнила его большого, одичавшего зверя. Она сама выпустила этого зверя из неволи на свободу и пусть теперь отвечает за все. Головка разбухла, достигнув неимоверных размеров. Король понял - уже все, сейчас будет долгожданный десерт.

– Открой ротик, - затаив дыхание, и еле слышно произнес Король.

Маша приоткрыла ротик, и в этот момент Король вошел туда. Маша снова сомкнула губы, ничего не подозревая. Король в глубине своего сердца услышал оргазменные импульсы. Стараясь не напугать Машу, он левой рукой властно обхватил ее затылок. Чтобы она не дернулась в неподходящий момент. Король всегда эякулировал много, а после двухнедельного воздержания на природе спермы будет особенно много. Даже яйца у него были большими, что говорило само за себя. Тем больше яйца, тем больше спермы они вырабатывают. Надвигалась большая и страшная буря. Извержение горячего, обжигающий ее рот вулкана началось…

Как он и догадывался, Маша дернулась в сторону, пытаясь ограничить доступ спермы внутрь. Ведь ей такое пока не было привычно. Но не тут то было - Король стоял на страже, он не отпускал. Одним из главных и важнейших моментов в оральном сексе для Короля - это эякуляция в рот! Это правило было для Короля незыблемым, он никогда его не нарушал и не собирался нарушать. Это правило было негласным. Король не предупреждал девушек, он просто молча извергался, отпуская жертву только по окончании оргазма, пока девушка не высасывала все до конца.

Король извергался. Маша, осознав свою беспомощность, несколько раз помычала, пытаясь дать ему понять, чтоб он освободил ее. Но Король должен был накормить эту девочку. Это было очень для него важным. Даже не в физическом смысле, а скорее в психологическом.

Маша прекратила мычать, осознав всю бессмысленность этого. Она послушно сделала несколько глотков. Потом еще и еще. Она глотала без остановки, пока эякулировал Король. Но, тем не менее, она не справлялась, по подбородку стекала теплая лунная жидкость. Она чувствовала ее теплоту кожей подбородка. После первых нескольких глотков теплой спермы, Маша опьянела, в голове помутилось, она перестала ориентироваться в пространстве. Это бывает, Король знал, что при извержении от внезапного и большого количества спермы девушки на время теряются, попадают в прострацию, но ему даже очень нравилось это. В этом была для него изюминка.

Вулкан затих и батарейка перестала посылать электрические заряды. Маша подняла глаза. Их взгляды встретились. Это был взгляд мужчины-победителя. Это был королевский взгляд, он словно говорил: "видишь, я главный. Мне все подчиняются".

Король молча поднял ее с колен и потом тихо спросил:

– Ну, как? Тебе понравилось?

Маша не ответила ему, постеснялась. И сказать Маше пока было нечего. Она даже не поняла, понравился ей его вкус или нет. Но настроена она была очень положительно. То есть, сперма не могла ей не понравиться, просто нужно было немного времени, чтобы понять и осмыслить это.

Маша вся пылала, трусики между ног намокли. Она сосала мужской член и сильно возбудилась. Теперь ей хотелось ощутить этот член в себе! Королев развернулся, прижал Машу к себе и поцеловал ее в губы. Маша ему ответила. На ее губах он почувствовал вкус совей мужественности - солоноватый и решительный, как и он сам. Это возбудило его еще больше. Он поцеловал ее продолжительным поцелуем. Потом зацепил двумя руками ее футболку и потяну вверх. Маша была без лифчика, она не надела лифчик, чтоб соблазнить его. Груди были ровные, идеальные, гордые, как у греческой богини, соски торчали. Даже ночью, при лунном свете был виден их нежно-розовый цвет. Он взял в рот один сосок, пососал. Потом второй. Тронул ее между ног. Там было горячо. Король оторвался от соска. Маша поняла, сейчас он ее будет рвать, и возможно порвет на части. Прощай девственность! Но такому мужчине она готова была дать! Король спустил ее спортивные трикотажные штанишки. Она была в обыкновенных белых трусиках. Лобок был скрыт тонкой материей, за которой скрывалась ее тайна. Он почувствовал запах, это был особенный запах, запах девственности и он ни с чем не спутает этот запах.

Король наклонил Машу вперед, уперев ее руками в скалу. Он чуть приспустил ее трусики, двумя пальцами развел чистые аккуратненькие губки, приткнул головку и медленно вошел. Он почувствовал, нашел ее девственность, хрупкую преграду во взрослую жизнь. Мост между прошлым и будущим. Двумя руками он охватил ее за талию и натянул на свой член… В этот момент произошел резкий разрыв с девичьей беззаботностью и вход во взрослую жизнь. Теперь Маша увидит новый мир - мир сладострастия и неземного удовольствия. Мир бесконечного блаженства и предоргазменных судорог.

Маша догадалась, что с девственностью покончено раз и навсегда - он порвал ее и с этого момента начнется ее новая жизнь.

Сношая Машу в равномерном темпе, его яйца бились о ее бедра и попку. Ей было очень приятно ощущать новые незнакомые чувства. Для усиления приятных ощущений, она выгнула спинку и двигалась навстречу его члену. Теперь для Маши была открыта новая дорога во взросл[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]ую жизнь. Первооткрывателем был Король, беспощадно насаживающий тонкую хрупкую девочку на свой гордый, жестокий и беспощадный член. Король насаживал ее равномерно, со знанием дела, придерживаясь одного темпа. Упрямо и настырно приближаясь к ожидаемому финишу. Толстая, бесстыдно раскрывшаяся грибовидная головка сейчас задевала в ней волшебную тайную кнопочку, отчего в Маше постепенно возрастало напряжение. Предстоящее чувство разрыва беспокоило Машу, и вело ее к пропасти. Маша еще более выгнулась, пытаясь усилить давление головки на волшебную кнопочку внутри влагалища. Она часто задышала, дыхание стало прерывистым, из уст вырывались оборванные стоны…

Король совершенно точно уловил нужный момент и словно спортсмен, приближающийся к финишу, неимоверно ускорил темп движения. Член, словно металлический поршень спортивного двигателя, заработал в ее девственном, невинном и еще минуту назад чистом влагалище. Острый крик наслаждения пронзил Машино сердце. Спазм обхватил его член, оставшийся внутри огненного, трепещущегося влагалища. Оно сжималось, выталкивая из себя толстый, посторонний предмет. Но без этого предмета теперь не сможет жить ее обладательница. И пусть оно к нему постепенно привыкает. Искры из глаз и частичная потеря сознания охватило Машу. Это бы ее оргазм, это был ее первый финиш и первый старт одновременно. С разницей всего лишь несколько минут.

Король продолжал методично двигаться. Он двигался сам и притягивал к себе Машу, найдя золотую середину обоюдного наслаждения. Маша оглянулась, и посмотрела умоляющим взглядом. Ей хотелось, чтобы он никогда не останавливался. Чтобы он всегда ее так насаживал. Чтобы он не жалел ее и терзал когда ему вздумается. Чтобы он беспощадно ее терзал. Ей даже почему-то вдруг захотелось стать игрушкой в его сильных властных руках, захотелось исполнять его желания. Она испытала сильную потребность всегда находиться рядом с ним, испытала потребность постирать его трусы. Это означало что теперь она его, в его подчинении и власти.

Король хорошо почувствовал, как ее влагалище обхватило член, и как стенки приятно сжимали ствол, обволакивая тайной секретной теплой жидкостью. Член окутался обильно выделяющимися соками влагалища. Маша кричала и бессознательно вертела головой. Король очень любил, когда девушки стонут и кричат от его члена. Маша пищала и стонала в беспамятстве. Она билась словно рыба без воды, которую безошибочно вытянул умелый и опытный рыбак на сушу. Запыхавшись, Маша стояла, наклонив голову вниз, и страстно дышала. Сердце ее готово было выпрыгнуть из молодой груди. Она пыталась отдышаться, но Король еще не закончил свою рыбалку. Он продолжал удить рыбу с новой силой, давая ей тем самым новую надежду на воздух, на счастье, на любовь, надежду снова быть выпущенной в воду.

После непродолжительной остановки, Король снова забился яйцами о ее бедра. На этот раз он двигался чуть быстрее и резче, основательно заталкивая в нее свой член. Он сношал и одновременно наслаждался ее фигурой, тонкой изящной талией. Он хотел быть с ней чуточку грубее, показать ей свое настоящее мужское естество и природную сущность. Именно так он трахает девушек, которые отдаются ему. Пусть теперь Маша об этом тоже знает.

Маша повернула голову. Она не видела его глаз и лица, в глазах было мутно. Она просто прошептала:

– Любимый мой… - ей было необходимо это сказать. Он довел ее до такого состояния.

Еще ни одна девочка не называла Короля любимым в такой напряженный, ответственный момент. Что-то в этот момент произошло… Король почувствовал, как яйцам вдруг стало тесно, как по внутренним каналам под высоким напряжением потекла его жизнь. Она стала собираться у основания, готовая вот-вот вырваться из него и подарить его жизнь кому-то еще… Но Король не был готов дарить свою жизнь другим. Он как настоящий мужчина был способен контролировать свои действия. Машу, похоже, ничего не беспокоило. И что сейчас будет брызгать и куда, абсолютно не беспокоило. Она хотела быть хорошо оттраханой, и она думала только об этом. Все ее мысли сейчас были направлены только на это. С этой задачей Король успешно справлялся.

Король руками плотнее обхватил ее за талию, (казалось, что-то в ней сейчас хрустнет), и сделал три последних мощнейших входа. Маша вскрикнула. Снова обрывисто задышала. На пике эякуляции он успел выйти из молодого влагалища, развернул девочку к себе лицом, одним движением опустил ее перед собой на колени и поднес трепещущий член ко рту…

Маша уже привычно раскрыла ротик. В трепещущий и жаждущий ротик полилась живительная влага, новая жизнь… Маша ловила и хватала ее, словно рыба воду пытавшаяся спасти свою жизнь. Король извергался и кричал не стесняясь. Теперь был его черед рассказать об этом миру, рассказать об этом белой луне. От ощущения сильного горячего члена во рту у Маши наступил оргазм. Она глотала сперму закатив глаза, затаив дыхание, обхватив руками ягодицы. Наступил момент осознания свершенной тайны. Некоторое время они не двигались. Находились в оцепенении. Маша наслаждалась последствием оргазма. Она стояла перед ним на коленях, и ей это даже нравилось. Его член продолжал оставаться толстым и возбужденным. Так бывает у мужчин которые испытывали сексуальный голод в течении продолжительного времени.

Король полностью скинул с себя джинсы, трусы, приподнял Машу с земли и посадил на член. Маша висела на нем, обвив ногами его ягодицы. Королев ладонями поддерживал ее за попку и насаживал. Он даже не снял с нее трусиков. Он только оттянул их и насаживал.

Маша была сильно возбуждена. Она почувствовала, как член вошел до конца. Наполнил ее совершенно другой жизнью, другим миром, другими ценностями. Маша приподнималась и садилась на член, попкой она снова чувствовала его яйца - плотные, заполненные спермой. Она садилась на член, одновременно чувствуя, как его яйца касаются ее нежной попки. Это ее возбуждало. Голову переполняли странные мысли. Ей захотелось, чтоб он всегда ее, всю жизнь так любил. Обладал ею и пользовался как хозяин жизни. Он ведь мужчина, а мужчинам необходимо терзать девушек! иначе они станут не мужчинами и не охотниками. Если он когда-нибудь станет ее мужем, она разрешит ему все, лишь бы он ее ТАК любил.

Король взялся за резинки ее трусиков и потянул их вверх. Ему нравилось чувствовать, как член трется о резинку женских трусиков. Его это еще больше возбуждало. Маша скакала садилась на член, воображая себя наездницей дикого арабского скакуна. Она представляла себя голой скачущей на коне…

Потом он опустился перед Машей на колени. Снял с нее трусики. Туда он вошел языком. Это было уже слишком. Маша никогда даже не мечтала об этом, и мысли не допускала, что кто-то однажды вторгнется в ее личность языком! А он так бесцеремонно вошел в нее своим языком, бессовестно блуждая там.

Ему всегда, почти с самого детства нравились нарциссы. Эти желтые загадочные цветы. Манил их особенный и неповторимый запах. Они был более открыты, доступнее в отличие от других цветов. Но сейчас у него появился еще один цветок, который будет его самым любимым цветком. Цветок, немного похожий на розу, но не роза. В миллион раз лучше! У этого цветка тоньше запах, лепестки нежнее, и пьянящий дурманящий неповторимый аромат. Его девственное пробуждение несет и раскрывает в себе сотни тысяч других жизней. Этот цветок - целая планета, целый мир, целая жизнь. Сердцевидка цветка скрылась среди розовых застенчивых лепестков. Стебель произрастал из самой ее, из самых недр ее таинственного и замечательного женственного мира.

Король добрался до бутончика и решительно раскрыл его языком, подбираясь к самому важнейшему организму самого цветка. К самой ее сути, к самой ее первозданной тайне. "Неужели он сейчас оголит его и прикоснется к клитору?" - испугалась Маша. От этой мысли у нее на мгновение остановилось дыхание, она не могла вздохнуть.

Эта девочка не знала и не ожидала, что можно вот так вот делать, что мужчина может так поступать. Конечно, она от подруг слышала про такое, и даже видела в Интернете картинки, но по отношению к себе она и мысли такой не допускала. Даже думать об этом было не приятно. Она была уверена, что мужчинам не может понравиться ее запах, была в этом уверена. Она даже для убедительности как-то пробовала себя, и ей не понравилось. У нее развился комплекс.

Король прикоснулся кончиком языка к сердцу цветка. Машу пронзил сильный электрический разряд. Широкими мужественными ладонями, на которых неизвестно как оказалась ее попка, он приподнял ее на удобную высоту и взял клитор в рот, плотно сомкнув его губами, чтоб не выскользнул. Его бессовестный язык начал вести интимную беседу с ее возбужденным клитором, похожим сейчас на крошечный мужской член и в отличие от его члена, находился в более благоприятных условиях и окружении. Язык выведал у клитора все тайны и секреты. Он извлек из глубины все ее обиды, накопившиеся за годы, и уничтожил ее комплексы. Он, словно волшебник или психолог стер ее память, удалил огорчения и былые прошлые неудачи из ее памяти. И теперь Маша могла начинать новую жизнь, без комплексов и неудач с чистого листа. И все это сделал только его язык! Король языком почувствовал слабые импульсы. Это были первые позывы к оргазму, первые его признаки.

Король сузил круг своего общения и теперь перешел непосредственно на клитор. Он обхватил его губами и засосал. Все!!! Он успел пососать его только два-три раза…

Маша испытала сильнейший шок, мощный разряд пронзил ее недра. Что-то в ней на миг погасло, а потом снова зажглось внутри. Темнота и яркая вспышка. Потом нежный, белый лунный свет. Лучик неземного волшебного белого света позвал ее с собой куда-то ввысь. Она безвольно пошла за ним… Это был свет из космоса, луч жизни и надежды на счастье. Она притянула Игоря за собой. Ей захотелось взять его с собой, обхватив его голову руками и ногами… Ей хотелось начать эту новую, счастливую жизнь с ним! Ведь это именно он дал ей этот лучик белого божественного света. Она инстинктивно сжала свои ноги и бедра. Но между ногами была его голова. Король обоими руками обхватил ее за попку и прижал к себе. Его губы были плотно прижаты к ее губам.

Некоторое время Маша стояла в оцепенении, не шелохнувшись, витая в облаках. Но лучик унес в небо только ее одну, Король остался стоять не коленях. И она поняла, что не может быть счастья вдвоем. Обоюдного. Всегда кто-то идет на жертвы, принося счастье другому. Значит, если будет счастлива она, то несчастлив будет он. Или наоборот. Она заплакала…

Для Короля это было не удивительно - многие девушки плакали от его члена или языка, подварившего им незабываемый оргазм. Девушки плакали от счастья от его божественно активного члена, от его наземного нежного и сладкого языка. Король продолжал лизать ее клитор, но уже все реже и реже. Она сидела обессилев, прислонившись на деревянную стену бани. Сверху ее измученное счастьем лицо, освещал белый лунный свет.

Это был для нее особенный день. Она запомнит его на всю жизнь, и Маша знала это точно, даже число отметила - двадцать первого сентября. В этот день она прожила свою прошлую жизнь в нескольких счастливых мгновениях. Она познала многое. Сегодня в ней сразу побывали мужской член, и мужской язык. А во рту побывала другая жизнь, жизнь мужчины со своими привычками и заботами.

Они сидели на берегу. Тихий и монотонный шум волн - самого чистого на земле озера постепенно возвращал влюбленных в физический мир. Луна ревниво выхватывала из темноты их красоту, пытаясь присвоить ее себе. Они сидели на футболке, расстелив ее на песке. Игорь любовался ее обнаженной красивой грудью. Он созерцал и наслаждался божественным творением. Он впитывал в себя ее неповторимую хрупкую красоту, пытаясь сохранить ее навечно, поступая так же, как и луна. И в этом у них было общее - отнять, забрать себе. Но ведь луна не только забирала, она ведь и отдавала. Отдавала свой свет тем, кому ночью он был необходим как воздух, как вода. Кому днем нужен лунный свет? Вот так же и Король, оказавшись в ее жизни в нужный и необходимый момент.

Маша держала его за член. Нет, она держалась за его член. Именно держалась, потому что она такая маленькая и хрупкая, должна сейчас держаться за эту мощную и надежную опору. В своей руке Король держал ее простые белые трусики с бантиком. Он их ей не отдаст. Оставит их себе на память. Он уже у многих девушек забрал трусики на память. И даже помнит, какие трусики принадлежали той или иной обладательнице. Теперь эти трусики были Машины, девушки, которую он порвал на берегу озера у святого места жертвоприношения. Можно сказать, она принесла свою девственность себя в жертву Богам.

Она нежно сжимала его ствол. Член продолжал стоять и даже не думал опадать.

– Я хочу иметь такого мужа как ты, - повернувшись, сказала Маша.

Игорь слабо улыбнулся и промолчал. Ему уже не раз приходилось слышать это от девушек. Особенно после доставленного им удовольствия, но он их не огорчал. Разве он мог сказать, что женат и имеет такую же пятнадцатилетнюю дочь. Он давал им надежду: пусть они думают о своем, а он будет только дарить им счастье. Счастье на короткое время.

– Спасибо тебе за все, - сказала Маша и поцеловала его. Она поняла, что у неожиданного вспыхнувшего романа продолжения не будет.

Игоря еще не благодарила ни одна девушка за то, что он ее терзал. Что тут такого? Мужчина оттрахал девушку, порвал ей девственность! Что в этом особенного? Но для них все в этом было особенное.

– Ты ничего не подумай. Просто я живу в другой стране, - сказал ей Игорь. - Ты ведь не сможешь приезжать ко мне.

– Приеду. Закончу школу и приеду к тебе поступать, - решила Маша.

– Хорошо. Тогда я буду тебя ждать, - сказал Игорь. Он дал ей еще одну надежду.

Оставшиеся два дня они тоже провели вместе: гуляли на берегу, она снова стояла перед ним на коленях, доведя его до извержения, (и уже в этот раз ей очень понравился вкус его спермы!). Он, поставив ее раком, насаживал в бане с приспущенными трусиками, (именно так ему нравилось). Она скакала голой на коне. Он бесцеремонно входил в нее своим бессовестным языком без приглашения…

Через три дня лагерь разъехался, но Маша не могла забыть Короля. Она и не желала его забывать. Разве можно забыть то, что дарит и приносит тебе счастье? Они переписывались по Интернету. В июне она поехала к нему - он выслал ей приглашение.

## Лена

С Сашей Королевым, 13-летним мальчиком с нашего двора я бы знаком около года. Он был младше меня на 3 года. Я нередко приглашал Сашу к себе домой, чтобы вместе пообедать. Мать Сашки - молодая красивая элегантная женщина, всегда вызывала во мне жгучий интерес. Она часто задерживалась на работе и возвращалась домой довольно поздно. Нередко ее провожали домой мужчины, которые выказывали ей знаки внимания, однако дальше подъезда, как правило, никто из них не попадал. Работала она, насколько мне помнится, в каком-то издательстве редактором. Я завидовал Сашке, что у него такая красивая мать. Елена Петровна, а звали ее именно так, в свои 35 лет выглядела очень эффектно. Невысокого роста, стройная, изящная, с огромными карими глазами и четко очерченными, всегда подкрашенными ярко красной помадой пухленькими губами. Темно каштановые волосы она стригла коротко, и ей удивительно шла короткая стрижка. Внешне она удивительно напоминала артистку Фатееву. Но самым примечательным в ее облике были, конечно, ноги: стройные, удивительно пропорциональные, с изящными красивыми ступнями. Когда она шла, как девочка в мини-юбке (до середины бедра), грациозно покачивая бедрами, все ребята постарше, ну и, естественно, взрослые мужчины всегда обращали не нее внимание. Поскольку в 16 лет во мне полным ходом шло половое созревание, я тоже заглядывался на Елену Петровну, и был просто влюблен в нее. Произошло это в одну из суббот, которые Саша, как правило, по договоренности между родителями, проводил с отцом. Я захватил пару взятых накануне томов Жюля Верна и побежал на квартиру Сашки. Елена Петровна была дома. Она очень ласково улыбнулась мне, когда я переступил порог их квартиры. Видимо, недавно возвратившись с работы, Елена Петровна еще не переоделась в домашнюю одежду и выглядела довольно официально в строгом темно-синем костюме, состоящим из жакета и юбки чуть выше колена, открывающей ее округлые аппетитные колени. На ногах у нее были надеты почти незаметные для глаза тонкие капроновые чулки телесного цвета. Во время чаепития Елена Петровна интересовалась моими делами в школе, чем я увлекаюсь еще, кроме чтения. Есть ли у меня братья, сестры. Потом она начала жаловаться на то, что не может уделять много внимания воспитанию Саши. Перед тем, как приступить к поглощению ароматного индийского чая, я, поддавшись уговорам Елены Петровны, выпил почти целый бокал вишневой наливки домашнего приготовления. Наливка была сладкая и тягучая, и у меня от нее раскраснелось лицо и зашумело в голове. Я уже не чувствовал себя так скованно и, разговорившись, откровенно рассказывал своей внимательной слушательнице новости из школьной жизни, о своих занятиях музыкой, спортом, бальными танцами. Елена Петровна с удовольствием слушала меня, не перебивая, иногда задавала наводящие вопросы. Ее, в частности, заинтересовало мое увлечение бальными танцами. Она попросила меня повлиять на Сашу, чтобы и он заинтересовался этим занятием, т.к. он внешне выглядит таким увальнем, что ему просто необходимо заняться чем-то подобным. Елена Петровна предложила еще выпить наливки, и я не отказался. После второй порции сладкого, но довольно хмельного напитка я окончательно раскрепостился и, выходя из-за стола, галантно, как нас учили на занятиях по искусству танца, подал руку Елене Петровне. Она ласково улыбнулась мне и, поднявшись из-за стола, слегка приобняла меня, и мы так и пошли в комнату. Предплечьем левой руки я ощущал приятную округлость и мягкость груди, которой Сашкина мать прижалась ко мне. Пока я собирался с мыслями, которые под воздействием спиртного слегка путались и почему-то крутились вокруг желания сделать что-нибудь приятное Елене Петровне. Она сама с улыбкой предложила мне,

– Юрочка, покажи, чему вас учат на танцах

Зазвучала приятная тихая музыка оркестра Поля Мориа, и я задвигался в рит[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]ме медленного фокстрота. От Елены Петровны приятно пахло духами, и она сразу пресекла мои попытки танцевать на дистанции. Ее руки мягко, но уверенно притянули меня к своему разгоряченному вином и чаем телу. И мы погрузились в мир танца. Но уже вскоре я почувствовал невероятное возбуждение, и мой поднявшийся член оттопырил брюки и просто мешал мне передвигаться. Мое лицо покрылось краской стыда, и я в замешательстве даже сбился с ритма. Однако Елена Петровна делала вид, что ничего не происходит, и сама вела в танце. При этом я отчетливо слышал шуршание ее ног, обтянутых тончайшими капроновыми чулками телесного цвета. Ее бедро периодически мягко задевала мой торчащий член, и от этого я возбуждался еще больше. Ее грудь касалась моей, и я даже чувствовал ее соски, которые не были скованы каким-либо лифом. Голова у меня кружилась, и я слегка прикрыл глаза, чтобы прийти в себя. Неожиданно я почувствовал, что Елена Петровна нежно коснулась мочки моего уха губами и прошептала,

– Ну, как я танцую? Тебе нравится?

– Да, - тоже почему-то прошептал я, - Очень.

– Юрочка, ты миленький мальчик, - вновь зашептала Елена Петровна, - мне очень хотелось бы отблагодарить тебя за опеку над Сашей.

Она при этом ласково прижала мою голову к своему плечу, и рукой начала гладить мои волосы. Напряжение во мне нарастало.

– Давай, присядем на диван, - предложила она. Мы сели на огромный мягкий диван. Елена Петровна одной рукой обняла меня за плечи, а вторая ее рука, как бы, невзначай, легла мне на ногу. Она поглаживала мне ногу, от чего у меня член встал еще больше, и я почувствовал, что краска заливает мое лицо.

– А я знаю, чего тебе хочется, - неожиданно прошептала мне на ухо Елена Петровна. И не дожидаясь моего ответа, она взяла мою руку и положила ее себе на обтянутое капроном бедро. Я почувствовал приятную нежную поверхность чулка и провел рукой по внутренней стороне бедра.

– Не стесняйся, смело ласкай меня, малыш, - одобрила мои действия Елена Петровна и, подвинув свою руку чуть выше, начала поглаживать мой вставший член через брюки. Затем она расстегнула брюки и попросила меня снять их. Я быстро выполнил ее просьбу. Действовал я как во сне, и меня даже слегка бил озноб от волнения. Я остался в трусах, которые Елена Петровна приспустила и нежно прикоснулась к пунцовому огромному от возбуждения члену.

– Какой он у тебя прекрасный, - прошептала она и, нежно обхватив головку члена начала ритмично подрачивать ее. Одновременно она, опрокинув меня на диван, впилась губами в мои губы. При этом моя правая рука, когда я опрокидывался на спину, невольно оказалась среди раскрывшихся пол халатика, и я ощутил пальцами нежный нейлон ее трусиков. Под трусиками я нащупал мягкий податливый бугорок, который инстинктивно стал поглаживать. Елена Петровна раздвинула свои ноги шире, и мои пальцы под мокрым нейлоном ощутили влажную горячую щель, которую я продолжил ласкать. Между тем ритмичные движения правой руки Елены Петровны, онанировавшей мой член, доводили меня до высшего состояния блаженства. Я чувствовал, как мой член увеличивается до невероятных размеров, и тут же меня пронзил импульс необычно острого наслаждения. Из члена, пульсируя, начала бурным потоком изливаться сперма, распространяя специфический запах. Елена Петровна впилась еще сильнее мне в губы. Это было нечто незабываемое. Я никогда не испытывал ничего подобного. Принеся из ванной комнаты полотенце, Елена Петровна заботливо вытерла мне живот и грудь, на которые попали брызги семени. Потом она нежно поцеловала меня в губы и прошептала на ухо, что ей было очень приятно встретиться со мной. Я лежал на диване и чувствовал себя на вершине блаженства. Между тем нежные пальчики Елены Петровны продолжали поглаживать мою грудь и спускались все ниже и ниже. Вот они уже поглаживали мой живот, а затем вновь коснулись моего напряженного члена.

– Какой ты шустрый, однако, - прошептала Елена Петровна, ощупывая мой член и яички, своими ласковыми пальчиками.

– А ты не хочешь доставить и мне такое же удовольствие? - спросила она.

Я горячо кивнул головой и поднялся с дивана. Елена Петровна легла на мое место и попросила сесть рядышком. Она спросила:

– Тебе нравятся мои ножки?

– О, да, - только и мог я сказать, задыхаясь от вновь нахлынувшего на меня желания.

– Поцелуй их, погладь. Сделай и мне приятно, - нежно проворковала она.

Я не верил своим чувствам. Я прикасался к божественно красивым ножкам своей любимой женщины, гладил приятную нежную поверхность ее бедер, обтянутых тончайшими капроновыми чулками. Потом я прикоснулся губами к ее коленям и стал покрывать поцелуями ее бедра, поднимаясь выше и выше. Елена Петровна тяжело дышала и слегка постанывала от удовольствия. Своей левой рукой она вновь нащупала мой член и стала поглаживать его, иногда слегка подрачивая. Правой рукой она раздвинула набухшие губы влагалища, и я увидел дырочку в обрамлении ярко красных губ.

– Поцелуй меня там, - слегка прерывистым от возбуждения голосом сказала Елена Петровна.

Я приблизил лицо к ее влагалищу и начал целовать его.

– Полижи язычком, - попросила она.

Я стал старательно вылизывать языком ее губы и небольшой бугорок, который до этого ласкал рукой. Неожиданно Елена Петровна вся задрожала, и ее тело пронзила судорога удовольствия. Из влагалища выделилась жидкость, которую я непроизвольно проглотил. К моему удивлению, это абсолютно не вызвало у меня отвращения, а напротив я почувствовал, что мой член опять становится просто невероятных размеров.

– Иди ко мне, прошептала Елена Петровна и, широко раздвинув ноги, увлекла меня на себя.

Я не знал, что делать в этой ситуации, но она помогла мне. Ее ласковая ручка, которая до этого ласкала мой член, направила его во влагалище. Ощущение было очень приятным, горячие стенки влагалища обволакивали его со всех сторон, и вызывали у меня необычное наслаждение. Инстинктивно я стал двигать членом, повторяя ритмичные движения, которыми до этого ласкала меня моя любимая женщина. Слева и справа от моего туловища были видны широко раскинутые ноги Елены Петровны. Бедра, обтянутые блестящим тонким капроном, вызвали у меня приступ необычайного возбуждения. Потом она, видя, что я любуюсь ее ножками, немного приподняла зад и закинула ноги мне на плечи. И вновь я почувствовал приближение высшей точки наслаждения, и мое тело пронзил мощный импульс удовольствия, и я начал судорожно изливаться прямо в тело Елены Петровны. Она тоже издала крик наслаждения и крепко прижала меня к себе.

– Боже мой, как приятно, - шептала она и покрывала поцелуями мое вспотевшее лицо. Мои глаза были закрыты от удовольствия. Я лежал обессиленный на Елене Петровне, и мне было и приятно и немного стыдно. Стыдно оттого, что произошло ЭТО с мамой моего приятеля. Потом Елена Петровна помогла мне одеться и, вручив выбранные мной книги и поцеловав на прощание, предложила заходить, когда мне этого захочется. Всю неделю после этого события я ходил сам не свой от счастья, навалившегося на меня, после свидания с моей обожаемой Еленой Петровной.

## Мои прекрасные подружки

В те времена я учился в четвертом классе. Однажды учительница попросила меня помочь однокласснице:

– Таня очень способная девочка, а учится на одни тройки. Помоги ей, пожалуйста, хотя бы уроки готовить.

Таня была моей лучшей подружкой, жили мы в одном подъезде и еще младенцами играли в песочнице. Даже родились мы в одном роддоме с разницей в шесть часов. Конечно, я не отказался. Таня тоже была очень довольна, когда я к ней заявился и предложил делать уроки вместе. Уроки мы сделали, и она сказала:

– Ух, как я устала! Давай во что-нибудь поиграем? В дочки-матери? Я буду мамой, ты будешь папой, а мишка будет нашей дочкой.

Плющевого мишку мы накормили, уложили спать, и Таня хитро улыбнулась:

– А что теперь надо делать папе и маме?

– Не знаю.

– Я сама недавно узнала. Тебе надо свою письку в мою засовывать.

Я попробовал, и мне это неимоверно понравилось. Таня никаких неудобств не испытывала, судя по всему, она проделывала это совсем не в первый раз. Потом она мне призналась, что уже играла в дочки-матери летом на даче.

С тех пор мы прибегали из школы, быстро вместе делали уроки и довольно часто играли в дочки-матери.

У Тани почти исчезли тройки, девочкой она была толковой, но очень ленивой. Теперь она просто привыкала делать домашние задания. Так продолжалось пару месяцев. Учительница была довольна моим шефством над отстающей ученицей.

Танина игра была совсем однообразной. Она просто широко раздвигала ноги, подставляла письку и совсем не двигалась. Игра немножко изменилась, когда Таня получила двойку.

– Я не буду играть с двоечницей в дочки-матери, - обиделся я.

– Ну, отшлепай меня линейкой, - виновато сказала Таня, встала на коленки и подставила голую попку.

Шлепать ее я не стал, но очень заинтересовался.

– Слушай, - сказал я, - а с этой стороны тоже можно к тебе в письку засунуться!

Мы попробовали, и нам понравилось. Таня, правда, сказала, что ее папа с мамой так не делают. Бедные родители, они думают, что от детишек что-то можно скрыть! Но я за своими родителями никогда не подглядывал!

Однажды Таня сказала:

– Я Гальке рассказала, как мы играем, она тоже хочет попробовать! Галька же тебе нравится, я знаю. Только она совсем неопытная. Пойдем ей покажем, как надо играть!

Мы поднялись этажом выше. Дверь нам открыла совершенно пунцовая Галя. Она считалась первой красавицей всех четвертых классов, и я был в нее безответно влюблен с детского сада. Таня считалась только третьей красавицей в нашем классе. Девочки были неимоверно похожи, они были кузинами. Сейчас я думаю, что оценки красоты различались потому, что Галя обычно молчала и загадочно улыбалась, а Таня болтала без остановки.

Галя знала, зачем мы пришли, и на меня старалась не смотреть. Щеки у меня тоже горели. Знали бы родители, чем детишки занимаются в рабочее время!

Таня заметила Галино смущение и предложила:

– Давайте сначала в доктора поиграем? Пусть он нам сиськи полечит.

Галя первый раз посмотрела на меня, кивнула и расстегнула кофточку. Назвать это сиськами было очень большим преувеличением, скорее это были довольно заметные припухлости. Лечение состояло в том, что я их потискал. Гале явно понравилось. Я потискал обеих девочек, и Таня сказала:

–Нам еще надо письки полечить.

Она ловко сняла трусики, аккуратно засунула их в карманчик платья, приподняла подол и легла на диван. Галя снова покраснела, но придвинулась поближе, стараясь ничего не упустить из интересного зрелища. Волосиков у Тани еще не было. Складочки слегка разошлись и были заметно влажными. Я их еще больше растянул, Галя изумленно охнула.

– И у меня писька такая же? - удивилась она.

Мы с Таней решили проверить. Галя задрала только юбку. Трусики она предусмотрительно сняла заранее. Я растянул ее складочки. На мой взгляд, писенька была такая же симпатичная. Таня попросила принести зеркало, и некоторое время девочки занимались сравнением писек. Потом я стал продолжать лечение и очень осторожно засунул в Таню мизинчик. Она начала глубоко дышать, внезапно убрала мою руку и вскочила.

– Давайте лучше в дочки-матери играть. Галька, ты будешь дочкой, ложись на диван и за нами подглядывай.

Она соскочила на пол, встала на коленки и нагнулась. Я задрал юбку, пристроился к мягкой попке, легко проник во влагалище и начал ритмично двигаться. Галька забыла про игру, придвинулась к нам вплотную и, открыв рот, наблюдала за процессом.

– Я тоже хочу, - дрожащим голосом сказала она.

Таня что-то недовольно проворчала, но уступила место подруге. Галька быстро подставила мне попку. Я с трудом проник в тугое влагалище. Она охнула. Ритмичные дви[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]жения не сразу наладились, но зато в конце слышался довольный писк. Теперь Таня была наблюдателем, она устроилась так близко, что ее щека и волосы терлись о мой живот. От движений юбка опускалась, она ее задирала, чтобы лучше видеть.

– Уже все? - с некоторым разочарованием повернула голову Галя, - мне понравилось, давайте еще?

– Он сразу не сможет, - огорченно сказала Таня, - надо подождать.

Она протерла нас всех заранее приготовленными тряпочками. На двух оказались красненькие пятнышки, Таня задумалась, и сбегала к мусоропроводу.

– Вдруг взрослые увидят, - объяснила она и предложила, - давайте мультики пока посмотрим.

– Давайте лучше целоваться, - не согласилась Галя.

– Я не умею, - в один голос сказали мы с Таней. Мысль о поцелуях нам ни разу в голову не приходила.

– Меня один шестиклассник летом научил, - сильно покраснела только что лишившаяся девственности Галя.

Сначала она поучила меня. Ласковые движения язычком были необыкновенно приятны. Потом я обучал Таню, ей это неимоверно понравилась и она не могла от меня оторваться. Галя обиделась, и девочки договорились меняться через каждые три минуты, но обделенной девочке я должен был гладить рукой письку. Несколько раз они переменились, и обнаружилось, что меня уже тоже можно полечить. Способ лечения предложила вроде бы неопытная Галя.

Первым доктором была Таня. Она уложила меня на спину на ковер и насадилась на меня влагалищем. До сих пор мы такого не пробовали. Юбка у нее опустилась на колени. Гале в таком положении ничего не было видно, она легла головой на мой живот и рукой приподняла юбку. Таня со счастливым лицом терлась об меня попкой, сначала медленно, а потом быстрее. Когда она запыхалась, ее сменила Галя. Она испробовала много возможностей, двигала попку вперед-назад, виляла ею, слегка приподнималась и опускалась, совсем освобождала влагалище и снова насаживалась. Короткие косички с бантиками тряслись вокруг очень серьезного прелестного личика. Я никак не мог кончить, даже когда Галя устала и за меня снова принялась отдохнувшая Таня. Галя на этот раз решила не смотреть, а легла рядом со мной и целовалась. Наверное, это помогло, и я кончил в уже устававшую Таню. Она соскользнула с меня и тоже растянулась на ковре. Я был совершенно измочаленный, исцелованные губы болели. Но девочки заявили, что сил у них совсем нет, и мне пришлось еще раз побыть доктором. Я протер сильно покрасневшие письки и бедра мокрыми тряпочками. После этого девочки одели трусики, я натянул штаны, мы развалились на полу, слегка отстранившись друг от друга. Был еще совсем не вечер.

– Пойдем на горку кататься? - лениво предложила Таня.

– Сегодня слякоть на дворе, - напомнил я.

– Ты хотела мультики посмотреть, - вспомнила Галя.

– Я могу порнофильм принести, у Ленки Свиридовой есть! - слегка оживилась Таня.

– Мама скоро придет, - огорчилась Галя.

– Пойдем ко мне, - предложил я.

Ко мне надо было подняться на два этажа. Танька умчалась за порнофильмом. Галя сказала, что скоро придет, только переоденется. Я попросился посмотреть, как она будет переодеваться, но Галя меня возмущенно вытолкала.

Дома я сначала огорчился, а потом обрадовался. Мама пораньше пришла с работы, но зато родители на весь вечер уходили в театр!

– Поужинай сам, если Танька прибежит, угости пирожными, - сказала мама, обдала меня приятным запахом духов и исчезла.[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]

Почти сразу появились девочки. Порнофильм у Тани был предусмотрительно упакован в обложку от мультиков.

Сначала мы решили поужинать. Я побежал за Фантой, а девочки накрывали на стол. Получился роскошный ужин: по большой холодной котлете на каждого, маринованные огурчики на гарнир, бутерброды с колбасой и пирожные. Веселый пир у нас продолжался почти час. Потом насытившаяся Таня, она съела штук пять пирожных, задумчиво сказала:

– Только в доктора я играть не буду. У меня до сих пор писька болит.

Галя, ни на кого не глядя, тихо проговорила:

– А я бы поиграла, мне понравилось.

Девочки позвонили родителям, предупредили, что уже поужинали, и теперь часа два будут смотреть мультики. Мамы у нас были подругами и не удивились, такое случалось. Порнофильм оказался скучным, силиконовые тетки меня особенно не возбудили. Гораздо больше мне нравились мои плоскогрудые и узкобедрые ровесницы. Мы лежали на полу, девочки положили на меня свои головки, я гладил им волосы, а девочки изредка ласкали низ моего живота, там все-таки иногда начинали оттопыриваться штаны. Иногда девочки очень возбужденно дышали.

Минут через двадцать Галя с Таней о чем-то пошептались. Таня, встала, почти совсем убрала звук в телевизоре, легла рядом со мной и принялась целоваться. Я почувствовал, что мой членик освободили от одежды, мягкие пальчики его помяли, Галя насадилась на меня влагалищем и стала медленно двигаться, в точности как в порнофильме. Девочки несколько раз менялись, Таня тоже совсем не торопилась. Это была сладостная пытка. Совесть у них все-таки проснулась, минут через двадцать они позволили мне разрядиться и подставили свои прелести. Галя стала на коленки и выпятила попу, Таня легла на спину и раздвинула ноги.

– Выбирай любую из нас, - сказала Таня, - Но лучше не меня. Я пирожными объелась.

Галя довольно хмыкнула. Не надо объяснять, кого я выбрал.

В самом конце нашей игры девочки осмотрели друг у друга покрасневшие и припухшие письки и пришли к неутешительному выводу, что если одна из мам захочет помыть дочку, то всей нашей компании очень плохо придется.

К счастью все обошлось. С этого дня наша троица стала неразлучна. После школы мы шли в одну из трех квартир обедать, девочки разогревали обед, накрывали на стол, а меня потом заставляли мыть посуду. По нашим законам мы вели совместное хозяйство и вполне могли считаться гражданскими супругами. Мамы были очень довольны, что их детки всегда накормлены горячим обедом. Потом вместе делали уроки. Оказалось, что втроем это делать намного быстрее и легче. За столом мы не помещались, и обычно располагались треугольной звездочкой на полу.

В нашей команде выработалась система поощрений, и сразу проявилось неравенство. За хорошую идею я должен был поцеловать девочку. За мою хорошую идею обе девочки целовали меня. Наказаний у нас не было. За час-полтора мы управлялись и начинали развлекаться. Зубрилка Галя была поражена количеством образовавшегося свободного времени и возможностями его провести. Учиться все стали лучше, и учительница не могла нами нарадоваться. Танькина мама была на седьмом небе, уже редкие тройки в дневнике сменились на четверки и пятерки. Галина мама была очень довольна, у ее замкнутой девочки друзья появились. Моя мама считала, что девочки-подружки лучше дворовой компании, к тому же количество пятерок у меня тоже прибавилось. В дворовой компании тоже все были довольны, Галя стала чаще появляться во дворе. Я начал испытывать уколы ревности, когда видел очередь из желающих прокатить Галю на санках вокруг скверика.

Сексуальные отношения у нас постепенно развивались и усложнялись. Девочки придумали игру в "жмурки". Мне завязывали глаза, девочки ложились на пол, задирали юбочки, и я должен был объявить, кто из них мне нравится больше. По правилам игры мне запрещалось щекотать девочек, по голосу я легко мог установить, кто из них Галя. Я долго мял им попки и киски. Они были абсолютно одинаковыми. Галя внесла изменения в нашу терминологию. Теперь у девочек письки назывались кисками, а моя писька называлась очень ласково дружком. Таня совсем не обижалась, когда я безошибочно выбирал Галю. Узнать ее было очень легко, она была более сексуальной и ее попка сильнее отзывалась на прикосновения.

Группового секса у нас больше не было, за один раз я удовлетворял только одну девочку. Вторая была наблюдательницей. Желание у каждой из девочек возникало примерно раз в неделю, так что я легко управлялся. Никакими играми это желание уже не маскировалось. Если желание возникало у меня, одна из девочек охотно мне подставлялась.

Были особенности, очень странные для взрослого человека. Все происходило только на полу. Девочек я ни разу не видел голенькими, они или задирали юбочки или приспускали штанишки. Я по-прежнему был безответно влюблен в Галю. В присутствии Тани мне позволялось все, наедине Галя не разрешала даже дотронуться до себя. Таня постоянно влюблялась в мальчиков, но на наших сексуальных отношениях это никак не отражалось. Снимая трусики, Таня могла спокойно рассказывать о своей безумной любви к некоему Вовочке.

Неприятных обстоятельств было два. Мои подружки-любовницы оказались неимоверно ревнивые, ни одну девочку они близко ко мне не подпускали. Сильно из-за этого я не расстраивался, мне любимых подружек вполне хватало, но определенной степени свободы лишился.

Второе было печальнее. Девочки очень быстро превращались в девушек.

– Скоро нам придется стать целомудренными, - однажды сказала Галя, рассматривая себя перед зеркалом.

Появился пушок внизу живота и постепенно густел. Припухлости на груди все больше становились похожими на сиськи. Уже было понятно, что сиськи у обеих девочек станут роскошными.

Но… Я этих сисек не увидел. Моя семья переехала в другой город, и я больше никогда не встретил своих чудесных малолетних любовниц…

## Хроники Деуса

Меня зовут Деус. Я человек. За свою долгую жизнь в нашем чудесном и полном тайн мире мне посчастливилось познать тайны наслаждения всех рас. Нежные эльфийки, возбуждающе холодные вампирессы, страстные орки, неутомимые гномки, оборотни-морфы, которые нередко совершают превращения во время секса, и конечно же человеские женщины - искушенные наложницы, волшебницы, принцессы, крестьянские дочери…

Сейчас речь пойдет о моем первом любовном опыте. Мне было 16.

…я бежал. Прочь от этого проклятого места, прочь от орков, высыпавшихся из портала прямо в нашу усадьбу. Прочь от трупов родных и близких. Мне посчастливилось выжить и теперь я бежал. Вряд ли за мной гнались - меня никто не видел, но ужас и отвращение к тому что я увидел, возвратившись домой, гнали меня вперед не хуже волкодавов, кусающих за пятки. Я бежал сквозь лес, не обращая внимания на царапины, кровь и саднящую боль от множества мелких порезов. Бежал, забыв что сразу за лесом, принадлежащим нашей семье, начинаются эльфийские владения, о которых ходили слухи, будто бы их Хозяйка живет практически одна…

Я не заметил этого пня. Меня опрокинуло лицом на землю, больно ударив головой о камень. Наступила темнота…

…Я открыл глаза и обнаружил себя лежащим в большой светлой комнате на чистой постели. Тело было наполнено приятной истомой, голова свежа. Встав с постели, я огляделся. Это была довольно богатая но между тем не слишком засоренная роскошью комната, здесь не было ничего лишнего. Выпив воды из стоявшего на столике кувшина, я вышел на балкон. Это был большой дом, с широким двором - типичная усадьба, однако сразу вокруг дома начинался лес. Он не казался здесь лишним, скорее органично вписывался. Тут мой взгляд упал на басейн находившийся прямо подо мной. В нем плескалось чудесное существо - длинные стройные ноги, чистая кожа. Это была неземная красота.

Тут только я понял что я наг. Хотел уже было уйти и поискать что-нибудь надеть, однако в эту секунду существо в басейне развернулось и посмотрело на меня. Я растерялся. А тем временем Она что-то прошептала и меня подхватила мягкая волна левитация и опустила в воду рядом с ней. Это была эльфийка. Бездонные зеленые глаза и… неприкрытая грудь с нежной белой кожей и маленькими сосками. Она улыбнулась.

– Привет. Меня зовут Анэр, я Хозяйка Леса Утех. Я подобрала тебя и вылечила.

– Сссспа… сибо… - смущенно промычал я.

– Как тебя зовут?

– Деус…[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]

– Деус, не стесняйся, я знаю кто ты и откуда и что произошло. Но прошлого уже не вернуть. А сейчас ты в моих владениях, которые я называю Лесом тех. У тебя была женщина?

– Нет - покраснев ответил я.

– Ну что ж, значит я научу тебя искусству любви, мальчик мой.

Ее губы сомкнулись на моих, ее тело прильнуло к моему, руки нежно гладили мою спину. Я словно улетел в иной мир. Ее тонкий проворный язычок блуждал у меня во рту, руки с аккуратными остренькими ногтями гладили и царапали мою спину, ноги обхватили меня сзади, она повисла на мне в воде…

Мгновенная телепортация выбросила нас на огромное ложе, которое могло бы вместить в себя 3-4 двуспальных кровати. Это было поистине ложе любви. Я оказался опрокинут на него лицом вверх. Скользкий проворный язычок блуждал по моей груди иживоту, спускаясь к пульсирующему члену. О, что он делал с головкой! Лизал головку и ствол, и яйца, мягкие прикосновения губ возбуждали не менеее лизаний.

Вдруг она взяла мой член в рот полностью и стала заглатывать. Я смотрел как погружается в ее теплое скользкое нутро сначала головка, потом ствол а затем она смогла заглотить и яйца. Теперь ее губы прикасались к моему бритому (по традиции нашей семьи) лобку сверху и к нежной коже промежности снизу.

Мой член внутри подвергался весьма приятным ласкам. Я не знаю, что эта эльфийка вытворяла там с ним своим нутром но это было бесконечно сладко…

Она поставила меня раком. Ткнувшись лицом в ароматную простынь, я почувствовал ее руки, раздвигающие мои ягодицы, а затем маленький острй язычок, словно укалывающий мой сфинктер. Через минуту она перешла к полизываниям этого сладкого колечка моего ануса, а потом я почувствовал что острый кончик ее языка входит в меня. В какой-то момент я почувствовал прикосновение ее губ - она вошла в меня на всю длину языка. Но боже… ее язык стал удлиняться (поначалу испугался но потом вспомнил что она магичка)доставляя бесконечно сладкую муку, массируя мою помежность изнутри…

Мой член снова был у нее во рту. Мое тело билось в конвульсиях, извергая бесконечный поток спермы в ее ротик. Ну да конечно же, я бы не выдержал столько времени, она не давала мне кончить своим волшебством…

Проглотив все, она улыбнулась:

– А теперь поспи. Вечером я покажу тебе как ласкать женщину.

Ее поцелуй погрузил меня в пучину сладкого спокойного сна…

…Они были прекрасны. Белая кожа резко контрастировала с жгучими черными волосами и алыми губами. Они ласкали друг друга, левитируя в оздухе в позе 69. Их лица слились с их влагалищными щупальцами, лаская друг друга. Их обнаженные тела жутко меня возбуждали и член уже встал, однако я висел в воздухе обездвиженный магией этих страстных вампирессс.

Через достаточно долгое время они перевернулись и прильнули друг к другу кисками. Я увидел как щупальца их вагин бешено задвигались массируя и сплетаясь друг с другом. Тем времен и руки и языки ласкали тела друг друга. Я видел как волной нарастает их страсть и вот в самый апогей одна из них впилась клыками в шею другой и они начали биться в страшном экстазе. Та которую кусали взорвалась безумным криком наслаждения…

…одна из них подлетела ко мне и, повернувшись попкой к моему лицу,раздвинула ягодицы руками. Мне открылась дырочка ее ануса. Экзотичность состояла в том, что сфинктер не выделялся цветом на ее коже, он был таким же светлым. Это было незнакомо и возбуждающе. Кончик моего языка стал массировать ее анус, затем я разошелся и стал лизать его всей поверхностью языка. Я лизал все заднюю промежность вампирессы.

– Войди в меня - прошептала-прошипела она.

Я ввел язык в ее анус и стал долбить ее. через пару минут она начала содрогаться в пароксизме страсти.

Я был так увлечен анилингусом, что не заметил прикосновений к своему члену. Вторая вампиресса висела передо мной, широко раздвинув ноги, приблизившись к пенису своей киской, а ее вагинальные щупальца массировали и подрачивали мой член.

Заметив что я освободился, она сменила положение. Теперь она находилась попкой ко мне. Вампиресса стала насаживаться на мой кол своей вагиной, совершенно не совершая никаких движений сама. Она раскачивала своей тело заклятием левитации. Она раскачалась так, что стала с силой ударяться о мой лобок своими ягодицами. Спустя пару минут, он поменяла дырочку. Теперь она долбилась о мой член своим холодным анусом. Вообще прелесть секса с вампирессами в пониженной температуре их тела. Этот приятный холодок возбуждает дополнительно…

…мы содрогнулись в последнем порыве страсти, она слетела с моего члена и повисла воздухе раздвинув ноги так, что моя сперма стала вытекать из ее ануса, капая вниз. А внизу пристроилась первая вампиресса которая с радостью принимала мою сперму в себя…

Они пошептались о чем, а затем с загадочной улыбкой облетели меня и оказались за спиной. Я почувствовал как чьи-то руки раздвинули мои ягодицы и вдруг колечка ануса коснулось нечто, весьма похоже на небольшой член. Оно было очень скользкое и быстро проникло в мое нутро и стало там двигаться.

Тем временем одна вампиресса выплыла передо мной и я понял, чем меня ебут: влагалищные щупальца свернулись вместе и образовали нечто вроде одного щупальца. Они стали намного длинее, однако этот импровизированный член был тонким, что и предотвратило неприятные ощущения для меня. К тому кончики отдельных щупалец двигались внутри меня и массировали мое нутро. Это было незабываемо. Я долго и мощно кончал своим членом, обхваченным холодными губами второй вампирессы…

## Банные девочки

Большинство моих знакомых ходит в баню по пятницам. А в нашей компании сложилось так, что в сауну мы ходим по четвергам. Приходим часов в восемь и уходим в начале первого. Бизнес у всех свой, потому наутро не надо вставать и бежать, сломя голову, на работу. Первый год ходили вшестером, парились, пили пиво, до хрипоты спорили о политике Ельцина. На второй год стали приглашать иногда любовниц, и только лишь на третий год регулярного посещения бани мы узнали, что такое банные проститутки. С тех пор, собираясь в сауну, мы заранее заказывали шестерых девиц и по очереди драли их на диване в комнате отдыха. Местные сутенеры уже знали наши предпочтения, и в "бригаде" всякий раз оказывалась одна толстенькая для Мишки, рыжая для Ивана и тощая для меня. Остальным - Валере, Коле и Мите кондиции девок были безразличны - они были готовы употребить любых, лишь бы нерожавших.

В таких утехах прошёл год. Однажды, когда я в очередной раз звонил банщику Тагиру, чтобы подтвердить заказ на баню и проституток, Тагир, понизив голос, сказал:

– Гена, подскочи в четверг пораньше, я тебя кое с кем познакомлю, думаю, тебе их предложение понравится.

Вместо восьми часов я подъехал в семь и увидел в каморке Тагира разбитную девицу лет шестнадцати в короткой, несмотря на холод, юбке и с длинной пижонской сигаретой.

– Вот, Гена, это наша Катерина. Новая "мадам" выездного борделя, - сказал Тагир. - Таких тёлок привозит, что даже у меня, старого, слюнки текут.

– И каких же таких супердевок? Из агентства "Ред старз"?

– Зачем "Ред старз"? Из интерната. - Голос Катерины оказался очень низким, с хрипотцой, но на удивление приятным. - Всё равно их там трахает кто хочет, так пусть девочки хоть денег заработают.

– И сколько ж им лет?

– Да сколько хотите. С первого класса по одиннадцатый. Все детдомовские, папа с ружьём не прибежит, не волнуйтесь. Цена обычная, как на взрослых. Возьмете троих, скидка будет.

– Блин, Тагир, детей трахать как-то неудобно.

– А чего тебе неудобно-то? Сейчас такие дети: Катька, тебя со скольки лет ебут?

– Да меня-то с одиннадцати. Зато каждый день. - Катька хохотнула. - Я с первого класса старшим каждый вечер хуи сосала, чтобы меня не ебли, как других. А всё равно в четвертом классе один козёл меня в туалете завалил. У нас если детдомовская - то хочешь не хочешь, а давать будешь.

– И что, никто не жалуется?

– А кому жаловаться-то? Пытались некоторые. Пожалели потом.

– Катька у нас великий организатор, - Тагир погладил девочку по коленке и слегка забрался под юбку. - Раньше девчонки на вокзале шастали, а она работу как следует наладила. Как профессионалки стали работать. Одежка, прически, бельё: врач у них там есть на всякий случай. Девочки чистые. Бери, не пожалеешь. Катьк, скидку-то дашь на первый раз? Гена - клиент перспективный.

– Сегодня будете брать? Сегодня скидку дам. У меня тут под рукой как раз шесть штук есть. Все разные.

– Ну, давай, веди, посмотреть ведь надо!

Юная бандерша вышла ненадолго из помещения, и вскоре вернулась со стайкой школьниц, принять которых за проституток было просто невозможно. Младшей оказалось десять лет - старшей - четырнадцать. Старшая тут же стала показывать грудь, младшая - п[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]иську без единого волоска, остальные же просто взялись сразу раздеваться. Эта картина так меня возбудила, что я уже не мог отказаться от Катькиного предложения. Подъехавшие в восемь ребята были в шоке. На первый раз я угостил их малолетками от своего имени, тем более, что достались они мне за полцены. Старшую, Леру, попробовали все. Она была всё-таки похожа на женщину, и трахать её было проще, чем детей. Под конец вечера, приняв всех шестерых по два раза, она едва держалась на ногах. Младшую - Свету, решился взять только Иван, и то только после долгого разглядывания и растягивания на пальцах её влагалища. Потом он говорил, что постоянно боялся её порвать и потому даже не кончил. Остальных девочек лишь по разу увели в комнату отдыха, да и то больше щупали, чем трахали. В остальное время они голенькими плескались в бассейне или сидели, прислушиваясь к стонам Леры из-за двери. Между двумя подходами к Лере я занимался 12-летней Олей. Она была маленького роста, очень худая, совсем без груди, но сосала просто потрясающе, заглатывая член до самого основания. Когда же я уложил девочку на диван и вошёл до упора в её сухое, казавшееся микроскопическим отверстие, лицо девочки скривилось от боли. Размеренно насаживая Олю на член, я наслаждением смотрел, как она кусает губы.

– Что, больно?

– Да ничего: бывает хуже. У вас ещё хуй не такой большой. Бывает, вообще кричу: А когда первый раз, так чуть не умерла. Меня вчетвером держали, а ебли шестеро.

– Ну ничего, погоди, сейчас больнее будет, - сказал я и ускорил темп, втыкая в Олю член с утроенным усилием, одновременно сжимая её маленькие бледные сосочки. Вскоре я кончил, вытер девочке слёзы, а затем, повинуясь внезапному порыву, вывернул презерватив и заставил малышку проглотить его содержимое. Она безропотно повиновалась, после чего я унес её на руках в бассейн.

С того вечера мы заказывали только детдомовских девочек. Их преимущества были налицо - узкие влагалища, покорность, нетребовательность, большой выбор по фигурам, от совсем безгрудых десятилеток до 16-летних мадонн, которых мы постепенно приучили брить наголо лобки. Главным же лично для меня было то, что, заплатив обычные деньги, можно было получить абсолютно все "особые" услуги - от минета без презерватива до анального секса. Все знают, как трудно уговорить взрослую шлюху на анальный секс. Приходится изрядно доплачивать, да и то не каждая соглашается. А здесь всё предельно просто. С детдомовской проституткой можно обращаться, как с куклой. Я, например, просто клал девочку животом на подлокотник дивана, прижимал коленом и начинал смазывать её попку купленным в секс-шопе анальным гелем, вводя пальцы всё глубже и глубже. Потом вставал сзади, не спеша, всем весом тела вдавливал головку в маленький анус. Головка хорошо проскальзывала внутрь благодаря толстому слою смазки, член входил по самый корень и я начинал долбить, не обращая внимания на крики и протесты. Судя по всему, в интернате анальный секс не был популярен, и потому для многих девочек, особенно 10-12-летних, он оказывался очень неприятной новостью.

Однажды сутенерша Катька сама позвонила мне на мобильный:

– Гена, есть особый товар. Двойная цена.

– Что за товар?

– Целки. Две штуки. Двенадцать лет. Их к нам перевели. Они ещё даже не сосали - для хороших клиентов берегу.

– А они согласятся?

– Да я им уже все объяснила. Либо за деньги с хорошими мужиками, либо со старшими в сортире забесплатно. А девочки ничего такие, волосы длинные, у одной грудь немножко есть. Попки хорошие. Сама бы выебла, да хуя нет! - Катька засмеялась.

– Ну что, вези в четверг, устроим торжественную дефлорацию! Только смотри, пусть будут без косметики и одень их обычно, без этих блядских штучек, а то знаю я тебя.

– Да ладно! Кстати, тут Машка из 5-го А, которую ты на той неделе в жопу выебал, пыталась мне за это предъявить.

– И что?

– А ничего, получила пизды, пошла на всю ночь в спальню к 11-классникам, обслужила всех подряд своей жопой, плюс "накормили" её всем классом, теперь не выступает. Привыкла. Я тебе её потом опять пришлю. Гарантирую, шёлковая будет.

– Ну, давай. Только не в этот раз, в этот раз мы твоими целками заниматься будем.

В ближайший четверг Катька приехала в баню в длинном пальто и сапогах на высоком каблуке. С ней были две симпатичные худенькие шестиклассницы в джинсах и скромных турецких свитерках. Одна мне сразу приглянулась - веснушчатая мордочка, пухлые губы, чуть рыжеватые волосы и зеленые глаза смотрелись очень по-детски. Очень хотелось увидеть, как в эти губы войдет член.

Катька подвела к нам своих нимфеток и сказала:

– Вот, девчонки, ваши мужики. По трое на каждую. Уж порвут вам целки, как надо. Зато привыкнете быстрее.

Глаза девочек наполнились ужасом. Возможно, они совсем не так представляли себе этот момент. Тем временем Катерина скинула пальто и предстала перед нами в таком виде, в каком мы её ещё не видели. На ней не было ничего, кроме пояса с пристегнутыми к нему чулками. Небольшие, но очень крепкие груди стояли торчком, гладко выбритый пухлый лобок выпирал и просто-таки притягивал взгляд.

– Вот, девки, как выглядит нормальная рабочая девчонка. Засиделись вы в целках, я в вашем возрасте уже работала, как заведенная. Ну, что стоите, раздевайтесь давайте. Я сегодня с вами тоже поработаю. А то мужики горячие, их вам для первого раза много будет.

Рыжая, как потом выяснилось, её звали Саша, н[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]е сдвинулась с места, а черненькая Марина начала развязывать шнурок на ботинке, не отрывая взгляда от голой Катьки.

– Сашка, ты одетой ебаться будешь? Снимай трусы давай! Бегом!

– Кать, давай мы пока выйдем с мужиками, чтобы девочек не смущать, на стол накроем, а ты их в парилку своди, расслабь маленько. Чего они такие напряженные? - мы, на ходу сбрасывая одежду, вышли из предбанника в комнату, где стоял самовар, и вскоре по коридорчику мимо двери прошлепали три пары босых ног.

– Ну что, парни, в каком порядке будем девиц невинности лишать? - слово взял старший из нас - Мишка. В компании он отвечал за охоту на лося.

– Ну, надо дырки поделить. - сказал Валера - Кто какую будет вскрывать. Кому письку, кому попку, кому рот.

– Точно, мужики! Есть предложение! Сейчас напишем на бумажках, кто будет первопроходцем у какой девочки и в каком месте, потом из шапки вытянем. Решили?

– Решили, - согласились все.

Мы нарезали бумажки, на которых написали: "Саша влагалище", "Саша рот", "Саша анал" и точно так же разделили Марину. Когда бумажки оказались в шапке, больше всего на свете я хотел, чтобы мне досталось Сашино влагалище. Попки и ротики девочек я был готов попробовать во вторую очередь. И мне повезло! Я тянул первым, и вытянул вожделенную бумажку, которая открывала мне возможность изведать прочность Сашиной девственности. Марине в качестве первого мужчины достался Валерка. С этими новостями мы отправились в парилку.

Девочки, закрывая всё, что можно, руками, сидели на полке, а Катька стояла перед ними, лениво мастурбируя и давая какие-то инструкции. Войдя, я сразу же поднял Сашу за плечо и развернул к себе. Девочка, впервые увидев голого мужика, зажала письку рукой и отвернула лицо.

– Сашенька, посмотри-ка на меня. Это я буду рвать тебе целочку. Вот дядя Коля, ему досталась твоя попка. А вот дядя Ваня, тебе придется для начала только пососать ему писю. Ну, а потом посмотрим. - с этими словами я вывернул руку девочки, которой она закрывала своё женское место, и с наслаждением начал мять её тощий голый лобок. Саша пыталась вывернуться, но безуспешно. В это время Марине уже раздвигали ноги, чтобы убедиться в её девственности. Целочка была на месте. Мы вывели девочек из парилки в комнату с самоваром.

– Так, народ, прошу слова по порядку ведения! - Иван зазвонил бы в колокольчик, если бы он у него был. - раз уж мне и Митьку достались всего только рты, так пусть мы будем первыми!

– Точно, - сказал Митька. - Пускай сначала у нас отсосут, хоть узнают, какой у члена вкус.

– Поддерживается! Девочки! Сейчас вы узнаете, что такое минет! Вставайте на коленки! Рот открыть, глаза не закрывать! Катька, пример покажешь?

– Отчего нет? - Катерина уселась в позу лотоса, положила левую руку на свой клитор, а правой начала поддрачивать мой член. Он и без того уже стоял, как кол, внушая ужас девочкам, а тут увеличился просто до небывалых размеров. Катька облизала головку, поводила по ней губами, и вдруг заскользила по члену ртом туда-сюда, каждый раз заглатывая его всё глубже. Когда хуй стал полностью скрываться в её рту, доставая до голосовых связок, она вдруг начала делать глотательные движения, дроча головку своим горлом! С такой техникой я не сталкивался ни разу, несмотря на свой богатый опыт. Ощущения были непередаваемые, и я полностью сконцентрировался на них, забыв и про Сашу, и про Марину. Катька тем временем начала перекатывать яйца в моей мошонке, пару раз расчётливыми движениями задела анус, едва не вызвав этим мгновенное семяизвержение. Почти теряя сознание, я кончил, излив в Катькин рот рекордное количество спермы. Сквозь туман оргазма я услышал громкий надсадный кашель. Кашляла Марина, она уже успела подавиться Митькиной спермой. Митька стучал её по спине, поздравляя с первым опытом минета, а Валерка в это время стирал полотенцем сперму с опухших губ девочки, готовясь вести её к ложу любви. Саша в это время всё ещё стояла на коленях, и, обливаясь слезами, сосала хуй Ивана. Он размеренно двигал тазом, удерживая руку девочки на корне своего ствола, а другой рукой придерживая ее за затылок. Вдруг он схватил Сашу обеими руками за уши, и изо всех сил натянул её рыженькую головку на член. Девочка, задыхаясь, начала судорожно глотать сперму, пытаясь одновременно вытащить огромный хуй изо рта.

– Спокойно, детка, - на лице Ивана замерло блаженное выражение. - Я ещё не закончил. Соси, пока он не упадёт. Соси, говорю, как соску! Что я, за тебя работать должен? - Саша начала, причмокивая, высасывать из Иванова члена остатки семени. Слёзы продолжали литься из её глаз, а когда член безвольно вывалился из её рта, она упала на пол и зарыдала.

– Что, не нравится? - Катька посмотрела на девчонку без всякого сочувствия. - Привыкай. Я четыре года по пять хуев в день до капельки высасывала. И ничего, не умерла.

– Парни, прощайтесь с девочкой Мариной, из этих дверей она выйдет женщиной! - Валерка на руках внёс едва прокашлявшуюся Марину в комнату отдыха, положил на диван и с сияющим лицом закрыл дверь. В течение 10-ти минут мы прислушивались к неясной возне за дверью, а потом оттуда раздался отчаянный крик девочки:

– Больно! Не надо! Больно! Нет! Нет! - через несколько секунд раздался ритмичный скрип дивана, заглушаемый криками Марины, которые вскоре перешли в непрерывный вой и рыдания. Мы зааплодировали, Саша зажала уши руками, а Катька, пожав плечами, сказала:

– А я первый раз не орала. Хотя вообще девки орут. Целку больно рвать. Некоторые даже сознание теряют, особенно мелкие.

В это время за дверью наступила тишина. Мы услышали, что Валера что-то вполголоса говорит девочке, а потом она вновь начала душераздирающе кричать.

– Ой, бля, пиздец, кончаю! - раздалось вдруг из комнаты, Марина в последний раз вскрикнула от боли, и стало тихо. Дверь открылась, и на пороге появился Валерка. Его живот, ноги до ступней, руки и даже лицо были перемазаны кровью. С поникшего члена свисала вязкая струйка спермы. На лице застыла блаженная улыбка.

– Нет, мужики, целка - это круто. Только ебать в наушниках надо. Это ж как орёт-то:

– Ты её, часом, там не зарезал? - Катька прошла в комнату отдыха, мы прошли за ней. На окровавленной простыне в позе эмбриона плакала Марина. Губы были искусаны, лицо залито слезами, измазанная запекшейся кровью детская писька с опухшими и посиневшими малыми губами выглядела вывернутой наизнанку. По маленьким ягодичкам растеклись потеки Валеркиной спермы. Катька раздвинула ноги девочки, и мы увидели огромные синяки на её бедрах. Мы привыкли видеть такие синяки у узкобедрых малолеток - они не были "рассчитаны" на то, чтобы на них ложился здоровенный мужик, но Марина пострадала сильнее - чем обычно. Перевозбужденный Валерка не подумал, что малышка пока ещё не умеет широко раздвигать ноги.

– Ничего, - Катька продолжала комментировать - у меня хуже было! Оклемается! Иди, дура, в душ, тебя ещё сегодня в жопу ебать будут!

– Нет, не надо!

– Надо, Федя, надо! Отработаешь сегодня, как следует, дам неделю отдохнуть. Нет - тебя ещё в интернате сегодня по кругу пускать будут.

Марина встала, и, оставляя на полу кровавые следы, побрела в душ. Мишка пошёл за ней, на ходу стараясь ущипнуть за попку.

Мы все повернулись к Саше. Бледная Саша, дрожа, сидела на стуле, с ужасом глядя на меня.

– Ну что, Сашенька, твоя очередь. Иди к дяде Гене, дядя Гена тебя женщиной сделает.

– Нет, я не хочу: я лучше: лучше вам пососу, хотите?

– Сашенька, потом, если хочешь, я тебе дам пососать сколько угодно. А сейчас иди-ка, малышка, на диванчик! Пора!

Саша судорожно вцепилась в стул и зажмурилась. Катька, возмущённая такой сценой, схватила девочку за волосы и потащила к дивану. Саша, всхлипывая, ползла на четвереньках, боясь сопротивляться слишком явно. Дотащив дебютантку до дивана, Катька усадила её на краешек, сделала мне пригласительный жест и вышла, оставив нас наедине. Саша уставилась в пол и обхватила колени руками.

– Сашенька, послушай меня внимательно. - Саша дернула плечом, и отвернулась к стене. - Послушай, так или иначе, но раздвинуть ноги тебе придется. Добровольно или силой, мне неважно. Ты проститутка, и я заплатил за тебя деньги. Но если мне придется брать тебя силой, будет больно. Как Марине. А если добровольно, то будет, может быть, даже приятно. Ты расслабишься и получишь удовольствие. Согласна?

– Нет.

– Соглашайся, Саша, соглашайся, - я сел рядом с малышкой и начал гладить напряженную девичью спинку. - Сейчас я тебя немножко поглажу, приласкаю, ты мне свою письку покажешь, я посмотрю, как ты устроена, чтобы тебе больно не сделать. Ложись-ка на спинку: ножки пошире, расслабься, не напрягайся, - продолжая прижимать руки к груди, Саша легла на свежую простыню и широко раскинула ноги, глядя в потолок. Я раздвинул её губки, наслаждаясь зрелищем нетронутого свежего персика без малейших признаков волос, и без той чудовищной красноты, что характерна для опытных малолетних шлюх. Погладив этот чудесный персик рукой, я опустился перед диваном на колени и запустил язык в Сашино влагалище. Девочка попыталась оттолкнуть мою голову, но я перехватил её руку и начал вылизывать её большие и малые половые губки, временами поднимаясь до самого пупка. Это было чудовищно приятно. Из соображений брезгливости я никогда не решился бы коснуться языком грязной пизденки её соседок по детдому. Но здесь было другое дело - Саша ещё оставалась девственницей, и её чистенькая, пахнущая мылом вагина вызывала только возбуждение. Я не мог остановиться, вылизывая малышку. Я лизал языком всё её тело, грудку, шею, губы, я не целовал её, но лизал, ощущая языком изгибы её напряженного, испуганного тела. Перевернув девочку на животик, я тщательно вылизал её попку, складочку между ягодиц, анус, позвоночник, откинул волосы и вылизал заднюю поверхность шеи. Член дрожал от напряжения, и я понял, что пора приступать к главному. Уложив Сашу на спинку, я широко развел её ноги и, согнув их в коленях, прижал к животу. Затем, проведя по Сашин[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]ой щелке, ощутил привычную сухость её входа. Маленькие девочки очень редко текут, когда их трахают. Иногда я пользовался гелем, а иногда находил удовольствие в "сухом" сексе, несмотря на то, что он причинял боль моей сексуальной рабыне. Пожалев на секунду об оставленном в портфеле тюбике геля, я накопил побольше слюны, выплюнул её на вульву девочки и приставил ко входу свой член, увидев, как сжались лепестки малых губ, закрыв отверстие. Слегка расширив вход пальцем и разведя малые губки в сторону, я стал медленно, враскачку продвигаться вперед. Саша ещё больше напряглась и закряхтела, почувствовав непривычную тяжесть между ног. Я тем временем увеличивал амплитуду, стараясь войти как можно мягче, но в какой-то момент не выдержал и надавил всем весом своего тела. Саша вскрикнула от боли, но член не продвинулся ни на сантиметр. Я надавил сильнее, ещё сильнее, Саша вновь закричала, но результата не было. Я уже думал было сходить за смазкой, но не смог оторваться от Сашиного тела.

– Расслабься, малышка, расслабься! - я начинал терять терпение. Сдавливая бедра девочки, я надавил членом так, что мне самому стало больно. Без результата. Тогда я вспомнил чей-то старый совет, ещё усилил давление и, отклонившись назад, ударил кулаком в Сашино солнечное сплетение. Саша на секунду разучилась дышать, все её мышцы на мгновение расслабились и этого хватило, чтобы преграда прорвалась! Член провалился в теплую глубину до половины, упершись в твердую шейку матки. Я на секунду замер, оглушенный девичьим, точнее, уже женским криком. Подавшись назад, я с трудом вытянул член из узкого и сухого влагалища, и тут же с размаху воткнул его обратно, преодолевая сопротивление стенок детской вагины. На простыне расплывалось пятно крови, кровь текла по моим ногам, Саша истерично кричала, но я, делая широкие резкие фрикции, чувствовал только давление стенок на член, треск продолжающей рваться целочки, и удары головкой о тоненькую и острую шейку матки. После доставленного мне Катькой оргазма я долго не мог кончить, несмотря на необычайную узость Саши. Поэтому раза два я вынимал член, и сдаился на диван, чтобы отдохнуть, и вновь с размаху врывался в её лоно, раз за разом расширяя проход. Плач сменялся криком, крик обрывался, когда я наносил особо сильный удар в матку, под конец измученная и охрипшая Саша только тихо всхлипывала и стонала. Не знаю, сколько я мучил девочку, но, когда вышел из комнаты, изнемогшие от нетерпения парни, ожидающие своего, "анального" этапа, трахали Катьку одновременно во влагалище и зад, что ей явно не нравилось, потому что она морщилась и тихо материлась.

– Ну, ты гигант, мать твою, бля, - сказала Катька, освобождаясь из объятий двух ёбарей. Сколько можно? Тут уже, блядь, администрацию ебут! Освобождай поляну, Маринку пора в жопу дрючить! Мишка, твоя очередь!

Из парилки вышел распаренный Иван, ведя такую же распаренную и отмытую от крови и спермы Маринку. Поняв, что сейчас её снова будут трахать, Марина залилась слезами и ухватилась за трубу душа, явно не желая идти в комнату пыток.

– Маринка, хорош упираться, - сказала Катька, отрывая пальцы девочки от трубы. - всё равно ведь трахнут, так веди себя, как человек.

– Миш, держи гель, смажь ей цилиндр, а то и так уже намучалась.

– Ага, щас мы её от души смажем. Прямо здесь. - Мишка повалил Маринку на кафельный пол, резко поднял за пояс, поставив раком, и выдавил из тюбика немного геля на её попку. Затем слегка поддрочил член, приведя его в боевую готовность, раздвинул девичьи ягодицы и приставил его к сжатому колечку.

– Так, девочка, расслабляемся, выдыхаем, три-два-один-ПУСК!… - толстый член Михаила мгновенно исчез в маленькой дырочке. Мы ожидали дикого крика, но Маринка только хватала ртом воздух, выпучив остекленевшие глаза. Судорожно протянув обе руки к раздираемой попе, девочка забыла об опоре и больно ударилась лицом об кафель. Это немного привело её в чувство, и мы вновь услышали её "фирменный", прерываемый рыданиями крик. Мишка разбирался с её анальной девственностью не спеша, с чувством, иногда вынимая член, чтобы вогнать его вновь ещё более резким движением. Катька с наслаждением смотрела, как Марину трахают в попу, и делала возбуждённые движения тазом, как будто трахала её сама. Очевидно, у бандерши были небольшие лесбийские наклонности. Мишка кончил под гром аплодисментов, ополоснул под душем член и отправился в парилку, переступив через измученную Марину. Я вернулся в комнату отдыха, где Саша, всхлипывая, ощупывала свою изорванную пизду и разглядывала кровь на ладонях.

– Ну, готова дяде Коле в попку дать?

– Не знаю.[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]

– Я знаю. Иди под душ, потом к дяде Коле.

Николай, по примеру Мишки, не стал уводить Сашу в комнату, а сел на стул и посадил малышку на хорошо смазанный член, как на кол. Пока он деловито долбил её попку, девочка не проронила ни звука, только до крови кусала губы да вытирала катящиеся по щекам слёзы. Кончив, Николай не стал вынимать член из Сашиной попы, а понёс её, насаженную на кол, в бассейн, куда и прыгнул прямо с ней. Марина в это время сидела на унитазе, справляясь с сильными позывами после анального секса и давясь заботливо поднесенным членом Ивана.

Саша вылезла из бассейна и тоже бросилась к туалету. Я понял, что, если не трахну её ещё раз, буду об этом жалеть всю жизнь. Но мучить девочку, как в первый раз, я уже не хотел, поэтому, не дав ей добежать до туалета, поставил раком, вымазал на промежность полтюбика геля, и начал половой акт не спеша, без спешки и резких ударов. По конец я всё же разогнался, выдернул член из влагалища и воткнул его с размаху в смазанный анус, причинив малышке сильную боль.

Мы ещё немного попарились и стали отмечать "день дефлорации". Катька быстро захмелела, и решила показать девчонкам, как она может принять шестерых мужиков подряд и троих одновременно. Показывала здесь же, на чайном столе. Правда, измученные девочки, выпив, стали ко всему безучастны. Разошлись мы в тот вечер много позже обычного. На работу на следующий день не пошли, сказавшись больными.

Саша и Марина, отдохнув неделю, стали настоящими проститутками, и вроде со временем даже стали находить в этом удовольствие. Мы их не раз потом заказывали среди прочих детдомовских девчонок. Сашу же я даже заказывал иногда на дом, когда было скучно. Всегда, когда они приезжали к нам в баню, мы в лицах разыгрывали перед их подругами тот день, когда Саша и Марина лишились девственности сразу с трёх сторон.[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]